Изменить размер шрифта - +
Но то, что делал Говорящий, было еще более омерзительно. Он привел сюда своих собеседни-ков - привел их на верную смерть, и они подчинились... потому что любили его. И были уверены, что и он любит их. Но разве это любовь?

   Вещи легковерны.

   Возможно, живые еще легковерней.

   Говорящие действительно любят своих собеседников. Но вовсе не обязательно всех. Они могут создать и иллюзию любви - иллюзию настолько искусную, что собе-седник готов ради нее совершить самоубийство. Сколько насекомых было в зале ма-газина? И сколькие из них уже мертвы? Она, Эша Шталь, никогда не поступала так со своими собеседниками. Она не первое поколение, а всего лишь зараженная, и она уж точно не мила и невинна, как маргаритка на весеннем лугу, но она такого никогда не сделает!

   Что-то легко коснулось ее правого запястья, и Эша, опустив глаза, увидела земля-ную осу, которая сидела на ее руке, нервно покачивая брюшком. Следовало заорать и сбросить ее, но Эша сжала зубы и осталась стоять неподвижно. Оса медленно про-ползла по ее руке до локтя, а потом взлетела и, описав небольшой круг над стелла-жами, вдруг спикировала на полуголого человека, устроившегося над рыбным холо-дильником среди упаковок с майонезом. Человек болезненно-возмущенно вскрикнул и, взмахнув руками, спрыгнул на пол. Обернулся, и на Эшу глянули два светящихся сизых вихря ненависти, бешено вращающихся в глазницах.

   - Привет еще раз, - Эша осторожно переступила через неподвижно сидящего возле холодильника рыжего паука размером с чайную чашку. - Как поживает Инга?

   - Можешь сама у нее спросить, - продавщица из "Багиры" зло улыбнулась. - Она где-то тут бегает... Все бегают... Насекомых не сложно заставить возненавидеть Глухих, они такие смешные, такие тупые... - она развернулась и взвизгнула в про-странство, перекрывая музыку: - Я же говорила тебе насчет этой девки!

   Предложение девушка закончила под холодные металлические щелчки - возле нее мгновенно возникли изрядно искусанные, взмокшие, но вполне живые колтаковские охранники, взяв Говорящую на прицел. Судя по их лицам они мало что понимали, кроме того, что объект крайне опасен, и предусмотрительно держались в паре метров от него. Покупатели и рабочий персонал, притаившиеся среди стеллажей и на них, боязливо молчали.

   - Насчет Влада ты тоже много чего говорила, - сердито сказал старичок с сигарой, сидевший на стеллаже среди мюсли. - Спасибо, хоть здесь инициативу не проявила. Тебе точно давно пора посетить психотерапевта, Дашенька. Влад, - он улыбнулся Колтакову, вышедшему из-за прикрытия стеллажа. В трусах и с пистолетом Влади-слав Ильич выглядел довольно нелепо, но, все же, грозно. - Ну здравствуй! Как гово-рится, наконец-то лицом к лицу... Господь с тобой, и не стыдно тебе угрожать пис-толетом пожилому человеку?

   - Дед и соплюха, - Колтаков устало вздохнул. - Прелестно. Где третий? И ты - да-вай-ка, слезай, ветеран! А то мальчики тебя снимут невежливо!

   - Какой чудный план! - Эша облокотилась на рыбный холодильник. - Влад, она же из зоомагазина, который ты даже не удосужился проверить! Было бы у меня вре-мя... да если б ты сам начал что-то делать, ничего бы этого не случилось.

   - Да я и не против, - весело сообщил старичок, не предпринимая попытки спус-титься. - Приятно повеселиться на старости лет. Только вот, деточка, подпортила ты нам игру. Нехорошо это. И Влад подпортил. Зачем так? Такие, как мы, должны дер-жаться вместе. Я, конечно, понимаю, Дашка своим пауком тогда тебя обидела, но ведь и ты все на место вожака лез.

   - Обидела? Я чуть не сдох - это, конечно, обидно. Игры, игры... - Колтаков ус-мехнулся. - Выпендрежники хреновы! Конечно, вам нужен вожак! Вы занимаетесь ерундой и вы до смешного предсказуемы! Вы мелкие показушники и попались, как идиоты!

   Старичок широко улыбнулся.

Быстрый переход