Джек подавил вздох. У него был строгий приказ не совершать никаких насильственных действий без крайней необходимости.

Они побрели вверх по улице. По тротуару парами шли дети, раздавая маленькие листовки. Джордж и Джек остановились, прислонившись к стене, и некоторое время наблюдали за ними. Дети работали вдоль по улице, нацеливаясь в основном на женщин. У них было все: подобострастная улыбка, несколько быстрых слов, протягивание бумажки, грустная собачья моська, если они не брали ее, гигантская улыбка — если брали, и дальше к следующей жертве. Высокий худощавый мужчина наблюдал за происходящим со стороны. Он держал плакат с надписью: «ПРИДИ К ИИСУСУ! ЖИВИ В ИЗОБИЛИИ».

Джек не до конца понял про Иисуса. Одри пыталась объяснить, и он мог повторить ей ее речь слово в слово, но все равно не понимал большей части. Все, что он понял так это то, что Иисус жил давным-давно, говорил людям быть хорошими, а они убили его за это. В конце он спросил, кто был некромантом Иисуса и было ли о нем упоминание в Библии, от чего Кальдар не мог перестать смеяться и ему пришлось сесть, чтобы успокоиться.

Мужчина с плакатом заметил их. Когда мимо него прошла пара ребят, он протянул им плакат и неторопливо направился к ним через улицу. Джордж напрягся, нервный всплеск тревоги пронзил и его, и Джек расправил плечи. Кальдар с Одри заставляли их практиковаться в разговоре последние три часа. Сейчас это будет по-настоящему, и он был так взволнован, что ему пришлось бороться с собой, чтобы не подпрыгнуть и не прокричать что-нибудь глупое.

От мужчины с плакатом трепетал на ветру слабый запах корицы. От Деклана пахло пирогом, но запах этого мужчины был слегка горьковатым, приправленным гвоздикой. Дело было не в том, что человек с плакатом был настолько силен или обладал большой магией, но он определенно был рядом с ней.

Мужчина остановился в нескольких футах, держа руки на виду.

— Ну, привет.

Шоутайм. Джек посмотрел на него так же, как смотрят голубокровные, когда они только что узнали, что он перевертыш: наполовину подозрительно, наполовину насмешливо.

Джордж просто смотрел на мужчину, его лицо было плоским и недружелюбным, напряженным, словно он был готов сбежать в любую секунду. Кальдар объяснил им, что такое уличная шпана. Он сказал, что это самый простой путь, и они оба согласились, что могут это сделать.

— Я заметил, что вы тут ошиваетесь, — сказал мужчина с плакатом.

Джек оскалился.

— Где хотим, там и ошиваемся.

— Улица ничейная, — поддакнул Джордж.

— Интересный акцент, — сказал мужчина. — Вы, мальчики, англичане?

Ага, они практиковались в этом.

— Канадцы, — сказал Джек, в то время как Джордж сказал: — Не твое дело.

— Канадцы. — Мужчина одобрительно кивнул. — Вы так далеко забрались от дома. Ваша семья знает, где вы?

— Чего тебе надо, чувак? — спросил Джордж.

— Я хочу помочь, — сказал мужчина.

— Ну да. — Джордж рассмеялся, холодно и горько.

— Нам ничего не нужно, — сказал Джек.

— Судя по тому, на что я смотрю, нужно. Знаете ли вы, мальчики, об Иисусе Христе, Спасителе нашем?

— Не знаю, а есть ли у Иисуса еда? — Джек ухмыльнулся.

— Да, — ответил мужчина. — Да, есть. Когда вы в последний раз ели?

— Слушай, почему бы тебе не отвалить, — сказал ему Джордж. — Мы тебя не трогали.

Плакатчик улыбнулся.

— Знаете что, у меня сегодня не хватает рабочих рук. Если вы вдвоем раздадите листовки в течение следующих двух часов, то получите бутерброд и бутылку воды на каждого.