С другого конца балкона донеслись возбужденные крики.

— Поторопись, любимая, — прошептал он.

— Замок тяжелый, — выдавила она. На лбу у нее выступил пот.

До них донеслись звуки шагов и приглушенный разговор. Ви-кинги возвращались. Дверь со щелчком открылась. Одри проскользнула внутрь, Кальдар вбежал вслед за ней, запер дверь на три замка. Неудивительно, что это заняло у нее некоторое время. Они прижались к двери, едва дыша.

Ничего.

Ни тяжелого дыхания, ни проверки замков… ничего. Они были внутри.

Перед ними находился короткий коридор, ведущий к большой двери хранилища. Кальдар постучал по птице и указал на склеп. Птица взлетела, чтобы разведать дорогу, потом вернулась и села ему на руку.

Она не казалась встревоженной. Если он снова будет работать с Джорджем, им придется установить какую-то сигнальную систему. Крылья распахнуты — путь свободен. Крылья закрыты — беги, спасай свою жизнь. Или что-то в этом роде.

Они двинулись по коридору. Хранилище находилось в самом конце, за огромной, круглой дверью, толстой и тяжелой. Одри опустилась на колени.

— Пять замков. Это самое большое, что я когда-либо видела. На это потребуется время.

Он сел рядом с ней.

— Чем я могу помочь?

— Ничем Чем больше я смогу сделать вручную, тем легче. Поднимать двухдюймовый стакан с помощью магии все равно, что пытаться нести стофунтовый камень. — Одри достала из рюкзака кожаный сверток и раскрыла его. Внутри лежали тонкие металлические отмычки. Инструменты и сверток выглядели подозрительно знакомыми.

Кальдар уставился на инструменты.

— Где ты их взяла?

— В твоих сумках. Ты притащил их.

Ха!

— Теперь они мои. — Она показала ему кончик языка. — Не пойман — не вор!

Он сунул руку в карман и вытащил ленту для волос с бледным металлическим цветком.

— Кальдар! Я искала ее повсюду.

Она потянулась, чтобы забрать ее, но он отдернул руку.

— Не пойман — не вор!

Одри покачала головой и потрогала первый замок узкой отмычкой.

— В Сент-Луисе проводится конкурс по вскрытию замков. Без электроники, без увеличительных стекол, ничего, кроме пальцев. Мне всегда хотелось поучаствовать. Папа никогда мне этого не позволял. — Она вставила вторую отмычку в замок рядом с первой.

— Ты бы вскрыла их, — сказал он ей.

Она усмехнулась.

— Так почему же ты не стала учувствовать после того, как покинула семью?

— Не знаю. Наверное, подсознательно я всегда знала, что вернусь к преступной жизни. Мне не нужна была такая видимость. — Одри нахмурилась. — Вот это уже интересно. Де Браозе левша, не так ли?

— Да.

Она поднесла руку к замочной скважине. Тонкий завиток магии выскользнул из него, лизнул замочную скважину изнутри и исчез.

— Эй, детка, ты мог бы немного отодвинуться?

Он встал и попятился.

— Еще. Подальше. Еще подальше. Ладно, так, наверное, нормально. — Одри подошла вплотную к двери и встала справа от замка. Ее длинные изящные пальцы сжали отмычки и повернули.

Тонкие, как бритва, лезвия вылетели из пола и стены, разрезая пространство, где он сидел минуту назад. Слева, широкое круглое лезвие рассекло воздух менее чем в шести дюймах от Одри, прежде чем исчезнуть в стене. Если бы она стояла слева от замочной скважины, как это сделал бы правша, он бы баюкал окровавленные куски ее тела.

— Морель веселый парень, — сказала Одри. — Один вскрыт, осталось четыре.

ДВАДЦАТЬ минут спустя четвертый замок был взломан.