— Миледи. — Кармаш склонил голову, но его глаза следили за ней и Себастьяном слева от нее.

— Встань.

Он встал, возвышаясь над ней на полтора фута. Она подошла к свертку и опустила капюшон. Ее волосы спадали на плечи длинным светлым хвостом.

— Открой его.

Другой оперативник присел на корточки и разрезал брезент, сбросив человека на дорогу. Человек, что был свернут калачиком, сел на землю.

— Привет.

Хелена расхаживала перед ним, наклоняя голову, чтобы лучше рассмотреть. Худющий. Почти истощенный. Налитые кровью глаза. Лихорадочный оттенок кожи. Дрожащие руки. Наркоман.

— Не могу сказать, что мне нравится такое обращение. — Мужчина сплюнул на землю.

Какая печальная, уродливая развалина человеческого существа.

Она присела на корточки и заглянула ему в глаза. Он ответил ей тем же взглядом. Большинство людей не могли его выдержать: ее бледно-зеленые глаза с кошачьим зрачком заставляли их чувствовать себя неуютно. Паук однажды сказал ей, что это все равно, что смотреть в глаза демону и знать, что тебя вот-вот сожрут. Ее дядя всегда был склонен к поэзии. К сожалению, этот человек был либо слишком сумасбродным, либо слишком глупым, либо слишком высокомерным, чтобы съеживаться.

— У тебя появились синяки? — спросила Хелена.

— Я местами очень нежный. — Мужчина втянул сопли обратно в нос. — Но я мог бы найти способ простить такие вещи при условии, что вы сделаете это достойным моего времени. В конце концов, вы вытащили меня из реабилитационного центра.

— Ммм, понимаю. Ты знаешь, кто мы такие?

— «Рука». «Зеркало». Честно говоря, мне насрать.

Ненормативная лексика в присутствии других. Ожидаемо от безродной дворняжки, но все равно слишком грубо.

— Где ящик?

Он слегка приподнял подбородок.

— Что у тебя есть для меня?

Хелена чуть не рассмеялась. Он сидел на земле, окруженный ищейками, и ждал, что они подкупят его. Она наклонилась ближе, ее голос был тихим.

— Ты что, торговаться вздумал?

— Сладенькая, все торгуются. — Мужчина пожал плечами. — Ты в этом новичок? Позволь мне объяснить тебе, как это работает. Я не такой уж дорогой. Я знаю, что ты ищешь. Тебе нужна моя сестра. Дай мне то, чего я хочу, и я расскажу тебе о ней все.

— Да ладно? — Ну и червяк. Никакой чести. Никакого достоинства. Никакой преданности. Жалкий.

— Как я уже сказал, если цена подходящая, я твой. Я тебе все расскажу. Я даже опишу тебе другого парня, который тебя опередил.

Хелена выпрямилась и посмотрела на Кармаша. Здоровяк рывком поднял пленника на ноги, просунул руки под свои руки-палки и сомкнул ладони на затылке мужчины, рывком оторвав его от земли.

— Эй, эй, эй! — Мужчина извивался в руках Кармаша. — Хорош.

Хелена стянула перчатку, расстегнула плащ и позволила ему упасть. Позади нее Мура, темноволосая, резкая и заостренная, как лезвие кинжала, сделала шаг и поймала живую ткань, прежде чем та коснулась земли. Плащ замерцал, приобретая нездоровый оранжевый оттенок, пытаясь воспроизвести измененную магией кожу Муры.

Хелена встала перед мужчиной. Она была одета в мягкую кожу и темную ткань. Кожаный пояс стягивал ее тунику до талии, вместе с изготовленными на заказ ножнами, которые содержали два ее изогнутых меча. Она вытащила из-за пояса черный нож и шагнула к наркоману.

Пленник уставился на нее сверху вниз.

— Что, теперь ты надо мной поработаешь? За что же? Я пытаюсь заключить сделку.

Она вздёрнула свои тонкие брови.