Рита закусила губу. До нее начало доходить, какое зрелище может ожидать их компанию.

И ее опасения оправдались в полной мере. Через несколько минут двое здоровенных мужиков в белых халатах втащили в поле зрения камеры брыкающуюся и извивающуюся, словно змея, совершенно голую девушку, возрастом чуть старше Риты. Она была обрита наголо, видимо, чтобы волосы не мешали крепить голову к подголовнику кресла ремнем. В кадре появилась женщина в белом халате, затем еще одна, в которой все узнали Милявскую. С их помощью мужчины силком усадили голую девушку в кресло и зафиксировали ремнями. Но все равно видно было, как она пытается сопротивляться и биться – грудь вздымалась от учащенного дыхания, по животу гуляли волны напряжения.

Пожилая женщина в белом халате деловито надела резиновые перчатки, взяла со столика из нержавейки один из тюбиков и нанесла девушке смазку между бедрами.

– Выключи! – попросила Рита.

В кадр вошел мужчина лет тридцати, и хотя он был одет в белую больничную рубаху почти до колен, видно было, что он плечистый и крепкий, наверняка из гарнизонных офицеров или контрактников. Когда он, задрав подол рубашки до пояса, пристроился между ногами девушки и начал совершать ритмичные движения бедрами, Рита отвернулась.

– Выключи! – снова попросила она.

Влад отключил провода питания от экрана, и тот погас. Риту колотило заметной дрожью.

– Что это? – тихо спросила она.

– Евгеника, неужели непонятно? – ответил Влад. – Всех женщин репродуктивного возраста загнали в отдельный сектор, заперли в комнатах по одной, как скот, и водят к Милявской на контролируемое соитие с выбранными кандидатами.

– Поверить не могу, – прошептала Рита.

– Похоже, Измайлов не шутил тогда, – Кирилл нахмурился. – Он вправду возомнил себя праотцом нового человечества.

– Как так можно? – шептала Рита. – Это же просто кошмар! Это женщины из гарнизона? Военные?

– Бывшие военные, как я понял, – Влад пополз обратно. – Что тут делать, если смотреть не хотите? В столовой разговаривать удобнее.

– Бывшие? – Рите пришлось ползти следом.

– Да. С них сняли все обязанности, кроме репродуктивной. – Голос Влада гулко звучал в тоннеле.

– Я вот думаю… – Рита вдруг умолкла.

– Почему тебя там нет? – напрямую спросил Влад.

– Дурак…

– Но ты же это хотела узнать? У меня есть версия на этот счет. Ты предназначена в жены сыну Измайлова. Царевичу то есть. И пока ты не ответила ему твердое нет, ты на свободе. Ну, он за тобой поухаживает, всем ведь будет лучше, если ты добровольно согласишься. Не царское дело – трахать рабыню из тех, что на видео. А если ответишь нет, тогда уже тебе предложат жесткий выбор: ответить да или перебраться в одиночную камеру, где тебе побреют голову…

– Прекрати! – потребовала Рита. – Прекрати вообще на эту тему! Мерзко… Я как в дерьме извалялась. По-твоему, меня приберегли для Андрея? Он ведь у нас сын Измайлова? Чего молчишь?!

– Ты сама просила прекратить на эту тему. – Влад фыркнул, продолжая на четвереньках пробираться по вентиляционному тоннелю. – Женская логика… Сама подумай, почему всех женщин, способных рожать, заперли отдельно и трахают каждый день с шестнадцати до семнадцати, а тебе предоставлена полная свобода?

– Потому что они не имеют никакого права… – начала Рита и осеклась, поняв, что городит полную чушь.