Действуя по аварийному протоколу: «Ситуация, когда происходит всякая непонятная хрень» дежурные операторы погасили реактор и закрыли портал, оставив на решётке чью-то отрезанную ногу, и руку с боевым топором.

Тем временем схватка на площадке прибытия становилась всё острее, и пролились первые капли крови.

— Князь, мы помогать будем? — Над Владимиром склонилась Зоя Буракова. В боевой трансформации ей было тяжело говорить, но она старательно выговаривала слова нечеловеческим горлом.

— А кому? — Владимир развёл руками. — Откуда мы знаем кто из них плохой? А может они оба хорошие, но, например, не поделили что-то своё. И мы тут со своим свиным рылом в их калашный ряд. Нет уж. Пусть сами разбираются. Ты лучше пошли людей спросить снимают ли они всё это.

Женщина уже отстригла левую руку здоровяка, и та валялась на бетоне, истекая синеватой кровью, от чего бетон площадки слегка дымился, а женщине рассекли плечо до грудины, от чего её наступательный пыл тоже снизился, и пришельцы махали оружием уже не так активно.

Когда мужчина взмахнул топором с глубоким выпадом, женщина отскочила метров на десять, и стало видно, что она совсем плоха. Впрочем, и состояние мужчины было не лучше.

— Может сделаем перерыв? — Громко произнёс Владимир, и стоявшая за спиной Галина Дурова тут же перевела на хаоситский.

Мужчина первым шагнул назад, и опустил свою огромную секиру лезвием вниз. Женщина зыркнула глазами по сторонам пройдясь взглядом по оружейным башням, сделала движение кистью, и меч втянулся куда-то в руку.

Демонстративно не обращая внимания на женщину, гигант подошёл к отрезанной руке, приставил её на место, и буквально через тридцать секунд начал двигать пальцами. Затем подошёл к сидению, сваренному из двутавровых балок, и руками оценив прочность, присел, прислонив топор сбоку. Женщина тоже села на принесённый стул, вытянув вперёд точёные длинные ноги.

— Да, Ригор. А если бы не малыш, мы бы друг друга точно поубивали. — Произнесла женщина на арнис, языке «верхнего мира», брезгливо приподняла край рассечённой одежды, рассматривая широкий шрам от ключицы до середины груди.

— Пожалуй. — Мужчина кивнул, и вопросительно посмотрел на женщину. — Глиа, ты вообще с какого хаоса так завелась?

— А кто выкупил последнюю порцию Синего Пепла? — Почти выкрикнула женщина и на лице снова вспыхнули ярким оранжевым светом замысловатые узоры.

— Да мне нахрен она не сдалась! Я же не алхимик! — Взревел мужчина. — А вот то, что ты забрала последний бочонок карнавского масла…

— А мне зачем эта дрянь? — Женщина округлила глаза. — У меня эфирный клинок. Его хоть залей этим маслом, он всё одно прочнее не станет.

— Получается, что нас развели? — Хмуро спросил Ригор и секунду смотрел в глаза женщине после чего оба синхронно произнесли:

— Лабдог! — Ригор покачал головой. Ну эта тварь у меня заплатит…

— Князь. — Одна из старших, положила на стол перед Соколовым руку с топором, и ногу. — Видимо торопился через переход, и не успел.

— А это кстати, детали от нашего неугомонного Лабдога. — Глиа негромко рассмеялась, и татуировка на лице пошла голубыми волнами, взяла в руки топор, и отцепив руку, вгляделась в сталь, мерцавшую холодным голубоватым светом. — «Покоритель». Легендарный топор Уи Рамоса. Как он попал к этому вонючему ублюдку, Лабдогу, до сих пор непонятно.

— Сколько ты хочешь за него? — Мужчина требовательно посмотрел на Владимира.

— Не будь жлобом, Ригор. — Глиа покачала головой. — Сейчас сюда прибежит Лабдог за своей игрушкой, и малышу будет совсем не до денег.