— Так куда же без контроля, государь? — Чуть возмутился Пётр Николаевич. — Их отпусти, таких дел накрутят, не разберём после.

— Сильно вы Епифанцева контролируете? — Государь усмехнулся. — Вон, когда попытка переворота была, сидел он в своём Ростове Донском, изображал порванные линии связи.

— Так покаялся уже… — Удивился князь Гагарин. — И вы же его простили.

— Не простил, нет. — Константин покачал головой. — В течение пяти лет, будет закрывать свои дела и передавать власть второму сыну. Такое прощать нельзя. И то, лёгким чихом отделался. За такое можно было и на дыбу свести. А вот Соколов, вообще ни секунды не думал. Только брожение началось, сразу своих людей собрал, и двинул мне на помощь. Да и сам, не прятался. И так всегда. Сам первым лезет. Вспомните прежнего Князя. Никогда не вылезал из своего дворца. Единственное что его интересовало — молодые девушки, да волшба, чтобы жизнь себе продлить. Всё со временем игрался. Вот и доигрался, козёл старый. — Император вздохнул. — Как там Наташа?

— Потеряла сознание на рынке, очнулась уже в лазарете. Так что никаких негативных воспоминаний.

— Ну и отлично. — Константин кивнул. — Теперь по Соколову, резюмирую. Выступил чётко, эффективно, и где-то даже эффектно. Если учесть что его все считают моим бастардом, то демонстрация мощи — впечатляющая. Можно сказать, проекция силы Рюриков. Эдакая третья рука. И да, будете лелеять против него разные планы, вспомните, что человек в одиночку завалили водного элементаля четырёхсотого уровня, и вот сейчас также в одиночку, прикончил Князя Тьмы. И если вы начнёте давить на Соколова, боюсь именно ваша голова будет украшать его охотничий зал, а не наоборот.

Наташа очнулась и сразу закашлялась, выбрасывая из лёгких сгустки слизи. Сразу же подскочила дежурная санитарка, а через минуту подбежала целительница, и вдвоём перегнув лёгкое тонкое тело лицом вниз, заставили всё лишнее исторгнуть на пол.

— Ну, всё. — Дарья Дубова, знаменитая целительница, похлопала узловатой ладонью по животу девушки. — Сейчас поесть принесут, да попить, а через день, уже бегать будешь.

— А что со мной? — Слабым голосом спросила Наташа, оглядываясь в палате.

— Так, похитили тебя. красавица. Тебя, да ещё десятка два одарённых. Хотели сжечь в ритуале. Да наш князь, всех их порешил. Сам в дом вошёл, и один всех убил. Да вдобавок старого Князя, который оказывается не умер, а просто сбежал, чтобы после занять трон, и новое тело. Да не попустила Мать — Заступница. Прибил его наш Князь, окончательной смертью. Зато из его праха, мы таких лекарств понаделаем… — Целительница мечтательно посмотрела вверх. — У нас уже травницы всё до миллиграмма разделили.

— А князь, он… — Наташа не договорив вновь закашлялась.

— Да что ему будет-то? — Целительница небрежно взмахнула рукой. — Вышел как огурчик с грядки. — Тебя вон, на руках вынес, а остальных мы уж сами. Но ты-то пролежала под заклятием всего ничего, а кто-то уже вторую неделю. Так что будут в лазарете ещё с месяц, а то и поболе. Но, всех на ноги поставим. То Князь особо сказал. Даже Аграфену Кузьминишну привезли из Мурмана, а она уж не девочка. Тысячи полторы лет ей. Сейчас правда всё попроще. Шагнул, и ты за тыщи вёрст. Но и так, многим не хотелось. Но Князь есть Князь. Его слово для всех закон. Он у нас страсть какой строгий, но, справедливый. Дуру одну, конечно, по ветру развеял, так за дело же. А сёстрам-то отдал столько силы, что и древние старухи оживились. Молодухами конечно не стали, но уж в средние года вернулись, как та же Кузьминишна.