|
Пожалуй, дело не в том, что всем им срочно куда-то пришлось ехать. Общество постарело. Рождаемость, как и предполагали демографы, снизилась. Благодаря достижениям медицины люди стали жить дольше. Поэтому бодрые старички доминировали в общественном транспорте. Ну и, наверное, у них все же имелось больше свободного времени. Вместо разовых и долговременных карточек для расчетов при входе в метро использовались универсальные кредитки. Как в добрые старые времена, проезд стоил копейки. Правда, не пять, а пятнадцать. С двумя пересадками я добрался до станции, на которой покупал фрукты перед днем рождения двоюродного брата. Метро «Алексеевская» – я едва не забыл само название, но хорошо помнил линию и расстояние от кольцевой. Конечно, пейзаж вокруг изменился. Исчезли лотки, появилось несколько новых стеклянных магазинчиков. А вот планировка станции, на мое счастье, осталась прежней. Урн вокруг оказалось порядочно. Но уж если следовать некой абсурдной логике, в прошлый раз я уделил внимание одной из них – выбросил туда коробку из-под сока. Запомнилось мне это потому, что тогда урн было не так уж много, и эту пришлось поискать. Не люблю мусорить на улицах! Урна стояла в нише, образованной стенами станции и соседнего магазина – древней, устаревшей постройки. Она была переполнена. Вокруг бежало по своим делам порядочно народа. Казалось бы, чего проще – опрокинуть урну, забрать из-под нее обещанную карточку, да и идти восвояси… Но что-то мешало мне это сделать. С минуту я торчал на виду, разглядывая голую стену. Потом наконец решился, подошел к урне, аккуратно высыпал ее содержимое на землю. Перевернул стальной контейнер и увидел прикрепленный к дну конверт из плотной коричневой бумаги. Поспешно оторвав конверт от дна урны, я открыл его. В нем обнаружились две карточки и еще один конверт – поменьше. Одна карточка была расчетной, но не такой, как дала мне Инна, а с золотой полоской по краю. Другая, со сложным орнаментом, весьма походила на пресловутый идентификатор. Конверт я сунул в карман джинсов, а карточки собирался положить в карман рубашки, когда меня твердо взяли за руку. Сердце едва не выпрыгнуло из груди. Я обернулся. Сзади стоял полицейский, а за его спиной – еще один. Они с интересом наблюдали за тем, как я замер над мусорной кучей, которую сам же и устроил. – Какие-то проблемы, гражданин? – подозрительно спросил полицейский. – Зачем вы опрокинули урну? – строго спросил другой. – Мы давно за вами наблюдаем, – объявил первый. – Что вы здесь ищете? Сбить с ног первого, бежать, игнорируя второго? Оружия у них вроде бы не было… Но куда я убегу? Да и зачем бежать? – Ваш идентификатор! – потребовал между тем державший меня полицейский. С замиранием сердца я протянул ему карточку. Хорошо, если будет девичья – скажу, что случайно поменялся с женой. Впрочем, в противном случае придумаю каких-то других родственников. Офицер взял кусочек пластика, сунул в устройство наподобие того, что я уже видел у полицейских на станции. И на миниатюрном дисплее я вдруг увидел свою фотографию и колонки цифр сбоку от нее. – Зачем вы опрокинули урну, гражданин Карку-нов? – строго спросил полицейский, возвращая мне идентификатор. – Если вы наблюдали за мной, должны были видеть. Я выбросил туда жвачку, а вместе с ней полетела кредитная карточка. |
