— Туристический? — Ратим поднял брови.

— Зануда… — махнул рукой Яримар. — Научный характер оно носит. «Прошляки» не вмешиваются в ход развития, только изучают. Иногда они, конечно, проявляют своё присутствие, чем сильно озадачивают жителей того времени. В тех эпохах, если выдают своё присутствие, их принимают за богов или волшебников. Я бы за такие нарушения сразу по шее…

— Ну и слово ты подобрал — «прошляки». Звучит как «пошляки».

— Да больше ничего в голову не лезет, — оправдался Яримар. — «Прошляк» — значит, шляется в прошлое.

— Почему именно шляется? Пусть лучше ходит, — внёс предложение Ратим. — Прошлое — ходит. Получается «Про-ход».

— Я бы не хотел, чтобы меня называли «проходом»… Получается, что эти люди проходимцы, — сделал вывод изобретатель новых слов и понятий.

— Почему? — удивился Ратим.

— «Проходимец» от слова «проход». Вполне логично.

— Ты смеёшься? Как можно назвать человека, изучающего свою историю, проходимцем?

— Я просто основываюсь на твоих рассуждениях, — Яримар развёл руками.

— А кто тебе разрешал пользоваться моей логикой? — изображая из себя обиженного человека, сменил тему разговора Ратим. — К слову, это, вообще, обязательно?

— Что именно?

— Придумывать им название?

— А это для удобства. Чтобы с другими не спутать. Есть люди, которые путешествуют в прошлое по другим причинам. Не совсем законным.

— Это да, есть такие нехорошие личности, — согласился Ратим.

У него в руках появились шариковая ручка и небольшой блокнот с мелко исписанными страницами. Он быстро сделал несколько записей. Яримар с лёгким удивлением посмотрел на коллегу.

— Так, по эпохам у нас всё хорошо, — сказал Ратим, перелистнув страницу. — Ставлю на загрузку системы квантового сканера. Говорят, эта новенькая разработка невероятно быстро вычисляет источники силы Сотворения. Проверим, так ли это.

— Слушай, — с лица Яримара не сходило лёгкое недоумение, — когда ты перестанешь пользоваться доисторическими методами записи и хранения информации? Письменность такого рода давно канула в Лету, а у тебя постоянно блокнотики и карандаши. Неужели зеттабайтов[1] собственной памяти не хватает, чтобы запомнить этот мизер информации?

— Когда видишь, что написано, то включается дополнительная — зрительная память, — не меняя тона, пояснил Ратим. — Это немаловажно для воспроизведения эмоционального состояния, в котором делалась запись.

— Ладно, я не спорю. Тебе видней, начальник, — Яримар приподнял открытые ладони. — Не буду напоминать даже про то, что легко можно создавать зрительные образы прямо в мозгу. И что там у нас в дальнейших планах?

Рядом с копией планеты появился круглый столик. Субличности, свернув последние окна, сели напротив друг друга.

— Старший Вельден говорил об источнике в пределах города Москва, — сказал Ратим. — Но на всякий случай, когда сканер загрузится, провёдем полное сканирование. Если мы действительно обнаружим источник, то отправимся на место — проводить активацию.

— Будем делать из салаги человека, — хмыкнул Яримар.

— Не из салаги человека, а из человека Сотворяющего, — строго посмотрел на него Ратим. — Хватит тут жаргонизмами-анахронизмами сыпать.