— Я же говорил — Беляков из тех людей, что окунут противника поглубже в дерьмо показывая им их место в пищевой цепочки и кто тут главный хищник. Этим интервью он убивает сразу двух зайцев. Во-первых, пробует спровоцировать главу Канцелярии на необдуманные действия по отношению к нему. Не дай бог дело дойдёт до открытого нападения или попытки ареста. Общественность будет целиком на стороне парня, за него вступятся сразу несколько знатных, а Долгорукие и Дементьевы вовсе будут готовы пойти войной на Канцелярию. Я тоже не буду стоять в стороне.

— Тогда всё придёт к тому, что прольётся кровь! Неужели твой ученик этого не понимает?

— Если я прав — понимает. Только явно считает, что если дело дойдёт до подобного, то его вины тут не будет. И он будет прав. Во всей этой ситуации он пострадавший и правда на его стороне. Александр лишь добивается справедливости по отношению к себе.

— И много будет пользы от этой справедливости? Иногда необходимо идти на жертвы для благополучия Империи! Или хотя бы использовать иные методы воздействия на своих оппонентов, не доводя всё до бойни.

— А чего ты хочешь от семнадцатилетнего подростка? Себя вспомни в этом возрасте. Постоянно врывался в рабочий кабинет отца, когда узнавал о том, что он или его люди сделали нечто такое, что шло в разрез с твоим юношеским максимализмом.

Император лишь поморщился от напоминания ему былых времён. Теперь он понимал, что вёл себя как полный дурак и что отцу было виднее как правильно поступать в тех или иных случаях. Но в те времена он спорил с отцом по поводу и без. С другой стороны, именно благодаря этим спорам его отец помог ему осознать некоторые вещи и сформировать нужное мировоззрение для будущего Императора. Так что нет худа без труда.

— Видимо с Грубовым придётся что-то решать, — решил подвести итоги разговора Император. — Сразу после грандиозного скандала он создал очень опасную ситуацию, которая может обернуться смертями многих верных слуг Императора. Поэтому…

Государь прервался, когда неожиданно дверь в кабинет открылась и внутрь не вбежал один из гвардейцев, что служил его адъютантом долгие годы. И если он позволил себе такое поведение, то произошло что-то поистине серьёзное и требующее немедленного вмешательства Императора.

— Государь! Беда! Глава Канцелярии послал в поместье Белякова оперативную группу, чтобы его арестовать!

— Да вашу мать! — Император нисколько не постеснялся выматериться при своих слугах. — Остановить! Немедленно!

— Не можем, государь! Они специально оставили все средства связи на базе, предусмотрели что их могут попытаться остановить.

— Живо вызвать ко мне этого ублюдка, который решил, что ему можно творить что угодно в моей стране! — Крикнул Император. Разумеется, он имел в виду главу Тайной Канцелярии, который и отправил оперативную группу к юному Архимагу. — И пускай поторопиться ради собственной же безопасности! Ибо когда Беляков разберётся с его людьми, то он придёт по его душу. А я не собираюсь его защищать от него!

Потёмкин же лишь сидел и улыбался. Он явно был доволен ситуацией.

— Ну поглядим не разочарует ли меня мой ученик…

…- Таичков, ты же понимаешь, что вас на смертную казнь отправили? — Спросил у младшего лейтенанта, что стоял по ту сторону закрытых ворот. — Пятеро бойцов плюс один маг ранга Гвардейца, да у вас явно при себе по одному защитному артефакту, но они слабенькие. Мне потребуется в худшем случае пять минут, чтобы поубивать вас всех. А я точно не буду сдерживаться даже зная, что эту группу ведёшь именно ты.

Когда охрана сообщила, что у поместья стоит боевая группа Канцелярии, я немедленно вышел на встречу к ним. Стоило отдать должное лейтенанту — он решил хотя бы для начала поговорить со мной.