— Несколько информационных агентств желают взять у вас новое интервью. Кое-кто предлагает неплохие деньги за эксклюзив.

— Всех в топку, я всё ещё не получил причитающееся за прошлое интервью. Так всем и говори — я глубоко разочарован в журналистике и более не желаю связываться с их братией. Не забудь упомянуть благодаря кому сложилась такая ситуация. А ещё я хоть пока терплю, но рано или поздно лично посещу все редакции, что неплохо так нажились на моём интервью. Так что в их же интересах самим разобраться с этой историей. Дальше.

— Несколько приглашений на различные светские приёмы, вечеринки и празднования от различных знатных родов.

— Есть что-то значимое или от родов моих друзей? Всё прочее можно смело выбрасывать даже не отвечая. Мне нужно поддерживать репутацию лихого парня, этакого крушителя устоев знати.

— Ничего интересного если не считать приглашение от князя Любомирского.

— И что же в нём такого интересного?

Сергей Антонович протянул мне конверт с этим самым приглашением. Вот тебе очередное напоминание о том, что наша аристократия слишком уж любит выпятить своё богатство. Конверт сам по себе был непростой и даже украшен узором из позолоты. Само приглашение было напечатано на дизайнерской бумаге, стиль текста максимально пафосный.

— «Всеми уважаемый князь Леонид Сергеевич Любомирский имеет честь пригласить вас, достопочтенного…» Нет, знаешь лучше расскажи вкратце что и как, мне это физически читать больно. Ещё и напечатали всё вычурным шрифтом типа написано от руки и пером.

— Если кратко, то князь приглашает вас на званный вечер, устраиваемый в столице на днях. Предлогом для вашего приглашения является ваша роль в относительно недавнем разгроме польских националистов.

— Эм, а в чём связь между этим князем, польскими националистами и мною? Или он решил выделиться поводом для моего приглашения?

— Дело в том, что семья Любомирских это старый дворянский род польского царства. Когда Польша вошла в состав нашей Империи, то этот род был одним из тех, что признал тогдашний Император России.

— Поляки получается, — сказал я. — Любомирские должны же вроде как наоборот не очень рады произошедшему. Или же они у нас из числа сообразительных и сумели вовремя осознать, что в составе Империи им и их соотечественникам будет гораздо лучше?

— Если господин позволит высказаться прямо…

— В этом кабинете, когда мы остаёмся одни и я у тебя что-то спрашиваю, ты можешь сразу говорить прямо и откровенно. Считай, что подобный уровень доверия ты уже заслужил.

— Благодарю, господин. Любомирские имеют не самую однозначную репутацию. Их признали родом Империи больше по необходимости нежели по иным причинам. Императору надо было показать, что полякам не стоит ждать того, что их начнут вырезать и как-то ущемлять в правах. Тамошнюю знать тоже надо было немного задобрить.

Я лишь кивал, слушая своего управляющего. Тут, как и в истории моего старого мира, Российская Империя тоже поначалу старалась максимально дружелюбно относится к населению своих западных завоеваний. Это уже значительно позже Прибалтика и Польша довели русских Императоров до того, что они решили раз и навсегда решить проблему националистов самыми радикальными методами.

— Любомирские хоть вроде как всячески поддерживали новую власть, но на деле помогали польским националистам, не единожды были замечены в связях с другими империями…

— И как они умудрились пережить чистку националистов в своё время? — Поинтересовался я.

Просто благодаря тем знаниям, что были у меня после перерождения, я знал о том, что тогда русский Император не постеснялся вырезать парочку знатных родов Прибалтики и Польши показывая, что никому не простит связи с националистами.