– Убрать твоего воздыхателя? Проучить его?

– Не нужно.

– Уверена?

– Да.

– Он первый, кто сегодня захочет тебя, – предупредила Жаннет. Глаз у нее на такие дела был наметан. Решив поиграть в демократию, она участливо спросила: – Что будем делать?

– Лучше уж с ним, – сдалась Анна. Рано или поздно какой-нибудь пьяный дядя получит от нее то, что она так усердно бережет. Для чего? Ей скоро двадцать, судя по разговорам однокурсниц, она принадлежит к вымирающему племени девственниц. В наше бурное время оно вызывает лишь сочувствие и удивление. Анна устала от постоянных насмешек.

– Я сразу поняла, что он здесь только ради тебя. – Жаннет закурила. – Кем он работает?

– Таксист.

– Не-ет! – Жаннет презрительно скривила губы.

– Он таксист.

– Не глупи, девочка. Это не твой уровень. Забудь о нем. Не порть мне бизнес, а себе жизнь.

– Жизнь на поводке…

– Теперь ты сытно ешь, сладко спишь, одеваешься в модных бутиках. Ты тратишь на косметику столько, сколько получает доктор наук. Это чудо тебе не пара. Он никогда не обеспечит тебя. Ты сбежишь от него на третий день.

– Я знаю. – Анна отвернулась.

– Послушай, у тебя есть то, что можно дорого продать. С выгодой и для тебя, и для меня. Этот купец не потянет, слышишь?

– Как пошло, – прошептала Анна.

– Дискуссию закрываем. – Жаннет стряхнула пепел на пол. – Время поджимает. Пришла в себя?

– Да.

– Все, подмажься – и работать.

– Не ругайте Бориса. – Анна боялась, что охраннику достанется за Николая.

– Адвокаты учатся на юридическом факультете, а не на факультете гостиничного бизнеса, – выходя, заметила Жаннет.

Припудривая пуховкой лицо, Анна смотрела на себя в большое зеркало. Мысли о Николае не давали ей покоя. Он в зале. Зачем он пришел? Она ведь дала ему понять, что не готова к серьезным отношениям. Еще не встретила того, кому готова отдать всю себя. Мужчины не способны понять до конца то, что чувствует девушка, становясь женщиной. И Николай не тот, с кем Анне хотелось бы начать путешествие в мир пока неведомой жизни. Водитель такси… Нищета. Какая может быть жизнь с такой профессией?

Да, она солгала, когда сказала, что он ей понравился. Но все же искра промелькнула. Минутная слабость, магия голоса. А как он смотрел на нее! Сколько раз она видела этот тяжелый, полный желания взгляд мужчины. Анна спокойно относилась к таким проявлениям внимания, а тут вдруг растаяла. Играла роль то святой, то путаны и, кажется, перестаралась. Анна точно знает, что Николай не тот, настоящий, которого она ждет. Свидание с ним должно было стать первым и последним. Напрасно она назвала место своей работы. Ей захотелось выглядеть не невинной овечкой, а прожженной стервой, до которой водитель такси недотягивает. Ошиблась. Не учла, что Николая заденет именно «Рандеву». Ей не могло прийти в голову, сколько противоречивых мыслей роилось в его голове со времени их встречи.

– Ничего не будет, ничего! – прошептала Анна и в последний раз придирчиво посмотрела на себя.

Все в порядке. Она выглядит, как обычно, обворожительно. Сейчас выйдет на сцену, и зал загудит, взорвется. Анна умеет заводить зрителей настолько, что к концу выступления идет по шуршащему ковру из банкнот. Опьяневшие, одурманенные мужчины будут бросать к ее ногам деньги, цветы, пытаться надеть на палец кольцо. Однажды один особенно рьяный поклонник пенсионного возраста дрожащими руками протянул ей золотую цепочку. Цепочка оказалась слишком длинной и массивной для того, чтобы носить ее на шее. Тогда Анна с улыбкой надела эту цепочку себе на талию. Зал заревел от восторга! Сейчас это украшение на ней.