Дети, едва не падая, бросились к лестнице. Сзади что-то с ужасающим треском рухнуло вниз. Оглянувшись, Элен увидела, что с потолка обвалилась горящая балка. Хозяйка закричала и отпрянула. Еще несколько мгновений – и коридор тоже будет охвачен пламенем, а за ним и лестница.

Через минуту ребятишки выскочили на улицу. Еще никогда прежде холодный воздух не казался им таким свежим и вкусным. Элен вдохнула полной грудью и отерла испарину.

Какое-то время они как завороженные глядели на дом. Крошечное слуховое окошко на фронтоне вспыхнуло, и внезапно огромный язык пламени взметнулся высоко к черному небу, лизнул бледную луну и осветил ночь дождем искр. Все вокруг затрепетало и ожило: и дом, и амбар, и снег.

– Бежим! – крикнул вдруг Эдмонд, прыгая через сугроб.

– Подожди! – Элен указала на сани.

Дети бросились к саням, но в этот момент с треском обрушилась крыша. Лошади, испуганно заржав, встали на дыбы и унеслись в ночь. Эдмонд только махнул рукой.

И снова дети побрели по полю. При этом на снегу оставались четкие следы.

Эдмонд несколько раз в надежде смотрел на небо, но снегопада ничто не предвещало. Элен, не удержавшись, оглянулась. Огонь уже полностью охватил дом, и две маленькие фигурки, озаренные пламенем, беспомощно метались рядом. Но времени для жалости не было: на дороге внезапно засверкали желтые огни мотоциклов.

Боши быстро приближались.

На этот раз с ними были собаки. Дети постоянно слышали их лай.

Легкие Элен разрывались от бега, но она и не думала останавливаться. Стоило ей только оглянуться, как взгляд ее натыкался на зловещий свет прожекторов.

Они бежали наугад, прорываясь сквозь замерзшие кусты, спотыкаясь на мерзлой почве, минуя голые сады и огороды. К тому же темень и снег предательски подсовывали им уйму препятствий в виде кочек, пней, поваленных деревьев.

Только у какой-то замерзшей речушки с двумя длинными бревнами в качестве моста Эдмонд разрешил им остановиться и перевести дыхание. Заплакала Мари, но им нечем было успокоить ее: бутылка коньяку с корзиной провизии осталась в горящем доме. Дети как зачарованные смотрели на пожар. Внезапно зарево стало еще ярче.

– Должно быть, загорелся амбар, – произнес Эдмонд. – Занялся от дома.

Катрин сплюнула в снег.

– Так им и надо.

– Слушайте, – вдруг встрепенулся брат, – у меня идея! Нам надо разделиться.

– Разделиться? – удивилась Катрин. – Но…

– Никаких «но»! – оборвал он резко. – Придется, тем более что с ними собаки. И кроме того, двое не вызовут подозрений – они ведь разыскивают четверых детей.

Элен охватила дрожь.

– Мне не нравится эта затея, – возразила она. – Нам надо держаться вместе.

– Нет! – отрезал Эдмонд и тяжело вздохнул. – Катрин, ты возьмешь с собой Мари. Перейдешь речку, а мы с Элен разберем настил. И тогда собаки потеряют твой след. Мы же двинемся вдоль речки на юг и отвлечем их от тебя.

– Нет! – словно что-то предчувствуя, закричала Элен. – Я не хочу разделяться!

– Замолчи! – прикрикнул брат и вопросительно посмотрел на Катрин.

Та побледнела и печально кивнула:

– Я позабочусь о Мари.

– И о себе тоже, – отозвался мальчик. »– Встретимся у тети Жанин.

Прощаясь, они поцеловали друг друга. Катрин прижалась к Эдмонду, и взгляды их встретились.

Внезапно брат, вытащив руку из кармана, передал что-то старшей сестре.

– Мамино кольцо, – прошептал он. – Тебе оно нужнее, чем нам.