Подоспел слуга, чтобы проводить Элен на обед. В порыве чувств мадам Дюпре схватила ее за руку и шепнула:

– Наслаждайся жизнью, но помни о манерах. Юбер уже ждал ее в Круглом зале на первом этаже. Он окинул ее одобрительным взглядом и сказал:

– Придется немного подождать. Мать с отцом сейчас спустятся.

– Ты хочешь сказать… что они тоже еще не ели? – удивилась Элен.

– Ну да! Обычно мы обедаем поздно. – Он улыбнулся. – Да не волнуйся, они не кусаются.

И все же Элен стала беспокойно теребить цепочку на шее. Она рассчитывала, что они с Юбером будут обедать одни, а тут… Она ведь ни разу не видела графа, а графиня просто пугала ее. Уж слишком она была властной и утонченной. Да еще этот проницательный взгляд холодных темных глаз. Ей захотелось убежать, попросив извинения, но тем не менее, взяв себя в руки, она воскликнула:

– Какая красивая картина! – и указала на одну из картин в позолоченной раме.

– Давай подойдем поближе, – предложил Юбер, осторожно беря ее за руку.

От его прикосновения она моментально зарделась и, взглянув на Юбера, робко улыбнулась. Он тотчас выпустил ее руку. Элен переходила от картины к картине; чуть дольше обычного взгляд ее задержался на небольшом холсте с изображением совсем юного мальчика с блаженной улыбкой и полузакрытыми глазами.

– По-моему, самая прекрасная картина, – восхитилась она.

– У вас хороший вкус, мадемуазель, – прозвучал у нее за спиной женский голос. – Это Рафаэль.

Элен вся сжалась и, не спеша обернувшись, сделала реверанс. К ее удивлению, он получился грациозным.

– Добрый вечер, графиня, – вежливо произнесла она.

Добрый вечер, мадемуазель. – Графиня холодно улыбнулась. – Граф сейчас спустится. – Ее темные глаза с любопытством разглядывали Элен. – Вот уж не думала, что вы разбираетесь в живописи! Когда-нибудь я покажу вам дворец: у нас много картин итальянских и французских мастеров. Говорят, у нас самая большая в Европе коллекция картин Клода Лоррена. Один из моих предков был неисправимым романтиком. Элен вежливо кивнула:

– Я с огромным удовольствием посмотрю их.

– Ты катался верхом? – спросила графиня, поглядев на сына.

– Да. Собственно говоря, мы катались вместе с мадемуазель Жано.

Брови женщины от удивления поползли вверх.

– Она еще и ездит верхом?!

– Я… я только учусь, – поспешила уточнить Элен.

– Каждая молодая дама должна уметь ездить верхом, – решительно заявила графиня. – Когда я была помоложе, то принимала участие в объездке лошадей и получила много призов и медалей.

– Правда? – удивилась Элен, с трудом представляя себе такую элегантную женщину верхом на лошади.

Минутой позже в гостиной появился граф. Юбер унаследовал от него рост и конституцию, а вот глаза у хозяина дома были голубыми. В его седеющих волосах еще проглядывали пряди натурального блондина; в общем, выглядел он очень представительно.

– Идем. – Граф взял графиню под руку.

Графиня кивнула. Юбер дотронулся до руки Элен, и она вздрогнула, словно ее ударило электрическим током. «Почему он на меня так действует?» – недоумевала она.

Обе пары двинулись в обеденный зал.

Обеденный зал весь сверкал благородным деревом. Пол поражал воображение блестящим темным паркетом а-ля Версаль, стены – блестящими панелями эпохи Регентства.