— Ты и твой братец! Что за парочка! Он столп Церкви, а в тебе можно держать лед, как в холодильнике. Мисс Сама Респектабельность Мейтленд и Его Преподобие Роберт. Кто бы мог назвать вас парой лжецов там в суде?

— Поль…

— Закрой рот, Джоан. Двадцать лет — теперь моя очередь говорить. Попав между молотом и наковальней, между тобой и твоим голубоглазым мальчиком, и слепец мог, наконец, понять, где собака зарыта. Ясно, что голова всему делу — ты. Котелок у тебя всегда работал что надо — знай я тогда, как он у тебя работает, ничего б такого не случилось. А что касается его — мозги у него между ног прилажены так же, как у других мужиков! Ему, конечно, такое не докумекать и не сварганить! Это по твоей части — ты все и сделала!

— Поль, ты несешь чушь — мерзкую чушь…

— Ты все задумала — но осуществил он! Он сделал то, за что расплачиваюсь я! Он убил Джима Калдера, а не ты! Он позволил тебе лгать, изворачиваться, интриговать — чтобы спасти его. Все беды из-за него — он протянул свои лапы к единственной женщине в мире, которую я хотел, имея при этом все, что может пожелать мужик — мою сестру!

В звенящем от переполнявших его чувств голосе что-то вдруг дрогнуло, и он стал немного мягче.

— Но тебе, Джоани, нечего беспокоиться. В конце концов, ты все это делала ради него. И потом — я не убиваю женщин. Мне подавай дичь покрупнее, настоящую добычу! Я взял след, Джоан. Я знаю, где он, и еду за ним. Скажи ему — этому лживому лицемеру — чтобы помолился!

Линия отключилась. Мгновение она стояла неподвижно, мозг работал в застывшем теле, как динамо-машина. Затем круто повернулась и выскочила из комнаты.

Что-то случилось. Это Клер почувствовала, едва войдя в дом.

— Джоан?

Со второго этажа доносился какой-то странный шум. Клер поднялась в спальню золовки и увидела, как та в страшной спешке запихивает свой несессер в сумку.

— Джоан? Что-нибудь случилось?

— Уезжаю! — скороговоркой отреагировала Джоан. — Ненадолго!

— Да куда?..

— О, повидать Роберта! Очень важное дело!

— Собираешься в Брайтстоун? Ты это серьезно?

— Дело!

— Что за дело? И потом, почему бы просто не позвонить, если это так неотложно?

Джоан закончила сборы.

— Надо бежать! Тебе нечего беспокоиться! Оставайся здесь! Мы позвоним!

Она уже была внизу на полпути к двери. Это безумие, подумала Клер, это чистое безумие.

— Джоан, — как можно мягче сказала она, беря золовку за руку. — Мне кажется, нам лучше поехать вместе. Мы поведем машину на пару. Да мало ли что, я могу тебе помочь. А если что-нибудь с Робертом, я должна быть с ним.

— Нет! Нет!

Она не узнает меня, подумала Клер с ужасом. Она просто не видит, кто перед ней. У нее такой взгляд, будто она никогда в жизни не видела меня — будто я ее смертельный враг, будто я чудовище. О, Боже, Боже, помоги ей… помоги нам…

— Что случилось, Джоан?

Джоан оскалилась на нее, как дикий зверь, лишенный дара речи. Клер осторожно приблизилась к тому, что когда-то было близким человеком.

— Джоан… милая Джоан…

Удар по голове свалил ее с ног. С трудом поднявшись, она двинулась вслед доносившемуся топоту убегающих ног. Ответом на слабые крики были мелькнувшие красные огоньки машины, с ревом развернувшейся и устремившейся к дороге. Приложив ладонь к ушибленному месту, Клер вернулась в холл, поднялась наверх и в свою очередь стала собирать вещи.

Свободен.