Через силу улыбнувшись, Дэн протянул ему руку.

– Спасибо, мистер Парке, но это преждевременно. Я не верю, что моя жена умерла, и сделаю все, чтобы ее отыскать. Прощайте, сэр.

Посмотрев ему вслед, Парке покачал головой и философски заметил:

– Пока мы живы, жива и надежда.

Мартин Бракстон и его жена Сара молча наблюдали, как врач осматривает бесчувственное тело лежавшей на кровати женщины. На правом виске ее вздулась шишка размером с куриное яйцо, светлые волосы были испачканы запекшейся кровью. Наконец доктор выпрямился и повернулся к Бракстонам:

– С ней все будет в порядке – ничего серьезного. Конечно, придется недельку полежать в постели. Вы родственники?

– Нет, сэр, – ответил Мартин. – Я вытащил ее из большого затора перед мостом. Мы с женой приехали из Нью-Йорка. Остановились в Джонстауне, чтобы по дороге в Денвер навестить мою сестру. – Он постучал костяшками пальцев по столу. – Слава Создателю, вся ее семья осталась в живых.

– Ну, эта ферма расположена достаточно высоко, – заметил врач. – Красивая женщина, правда? – снова взглянув на пострадавшую, добавил он. – Вы знаете, кто она?

– Никогда раньше ее не видел – и никто ее раньше не видел. Интересно, почему на ней мужской комбинезон?

Сара протянула врачу медальон на золотой цепочке.

– Она так цеплялась за эту цепочку, что только с большим трудом мы ее отобрали.

Взяв медальон, доктор прочитал выгравированную на нем надпись:

– Мари Артемус… Гм, ну, теперь мы хоть что-то о ней знаем. Надо подождать, пока она очнется. Какая хорошенькая! Ну, я сделал все, что мог. Каждые четыре часа давайте пилюли, которые лежат на ночном столике, – это успокаивающее и обезболивающее средство.

– А как насчет еды, доктор? – спросила Сара. – Она может есть нормальную пищу?

– Я бы несколько дней подержал ее на легкой диете – надо убедиться, что нет сотрясения мозга. Суп, молоко, овсянка, кусочек хлеба с маслом, если захочет. И чай – никакого кофе. Уложив стетоскоп, доктор поднял саквояж.

– Забегу завтра.

После его ухода в комнату вошла сестра Сары Эвелин Нокс – маленькая, похожая на мышку женщина с острым носом и острыми зубами.

– Что мне с ней делать? Мартин пожал плечами.

– Пока не узнаем, кто она такая, – ничего. Когда выясним, известим ее родных, и они за ней приедут.

– Надеюсь, что так. При нынешних ценах лишние рты нам ни к чему. Торговцы наживаются на чужом горе.

Вздохнув, Мартин положил руку ей на плечо.

– Такова жизнь, Эви. Закон спроса и предложения. Нельзя есть деньги и серебро, а чтобы жить, нужно есть. Так что плати дань спекулянтам и терпи. Что же касается этой женщины – не беспокойся, мы с Сарой оплатим расходы на ее содержание, включая гонорар врача.

– Смотрите! – воскликнула Сара. – Она открыла глаза!

Обступив кровать, все наблюдали за больной. Сначала ее взгляд был мутным и ничего не выражавшим.

– Никогда не видел таких странных глаз, – пробормотал Мартин. – Словно дикие одуванчики с золотыми блестками.

Постепенно к женщине вернулось сознание. Оглядев склонившиеся над ней лица, она слабым голосом произнесла:

– Где… я?

– На ферме Ноксов, – ответил Мартин. – Вам здорово повезло. Я заметил, что вы плаваете лицом вниз и насилу вытащил вас багром. Меня зовут Мартин Брак-стон, а это моя жена Сара и ее сестра Эвелин Нокс.