— Нет проблем. Вычтем из общей суммы, как плату за аренду.

С Татьяной уговорились, что она позвонит сразу, как вернется — часов в пять-шесть.

— Сегодня пойдем на вторую попытку, — предупредил я.

— Ты прямо неугомонный любовник, — ласково отозвалась она.

Из первого же автомата я дозвонился Наденьке Селиверстовой. Проказница была дома одна, но я не собирался выяснять с ней отношения по телефону, попросил через полчаса подойти в кафе-мороженое на углу.

— А почему бы не ко мне?

Действительно, почему? Лучший друг на работе, вкалывает в поте лица, почему бы не заглянуть и в охотку не наставить ему рога?

Пока ехал к ней, было ощущение, что забыл сделать что-то важное, что-то такое, от чего зависит будущее. Это действовало на нервы. Я понимал, в чем дело. Любовная горячка произвела на меня такое же воздействие, как если бы мирно околевающего от мороза путника принудительно сунули в парилку. Окостеневшие сосуды забились в падучей, а мозг радостно устремился туда, где мне было шестнадцать лет. Смешно было наблюдать всю эту кутерьму матерому зверюге, притаившемуся во мне и бывшему, вероятно, единственной моей истинной сущностью.

Через час мы с Наденькой сидели за столиком в кафе-мороженое. Она была ко мне добра и переложила из своей вазочки шарик крем-брюле, который не любила.

— Давай так, — начал я решительно. — Давай забудем все, что было и чего не было, и вернемся к прежним отношениям. Они ведь были прекрасны. Зачем на старости лет разыгрывать дешевую мелодраму?

— Я-то не старая, — ответила она уклончиво, — а вот ты, видно, совсем спятил.

— Я не спятил. Я влюбился.

— В Танечку?

— Она тебе не понравилась?

Подумав, она переложила в мою вазочку еще шарик клубничного.

— Как она может нравиться или не нравиться! Это грешная женщина, в ней сидит дьявол. Она съест тебя с потрохами и ничего не даст взамен.

Приняв мое напыщенное молчание за несогласие. Наденька спокойно продолжала:

— И потом, не понимаю, что за юношеская спешка? Откуда такая сексуальная прыгучесть? Полагаю, у тебя чисто психологический надрыв на фоне запоя. Завтра это все пройдет, дорогой. И мы вместе посмеемся над твоей скоропалительной любовью.

— Я действительно произвожу впечатление кретина?

Наденька успокаивающе коснулась моей руки:

— Это впечатление ты производил и прежде. Разумеется, сегодняшнее обострение впечатляет, но всякая болезнь прогрессирует, если ее не лечить. Тебе просто надо недельку посидеть на транквилизаторах. При сексуальной горячке это лучшее лекарство.

Мороженое в вазочке расплавилось, я перемешал все шарики в шоколадно-розовую массу, отчего деликатес приобрел непристойный вид.

— Мне бы одно понять. Ты сказала, дьявол. А в какой женщине его нету? В каждой проститутка борется со святой, разве не так? Все дело в том, кто побеждает в данную минуту, только и всего.

— Эта минута иногда растягивается на целую жизнь.

Мы говорили о разных вещах, и она меня не слышала.

Но я и не надеялся, что услышит.