Разговор с девушками угрожал затянуться. Котов занервничал. Теряет тут время, между тем как на острове у него серьезное дело. "Разыгрывают, дуры!" - разозлился он. Конечно, занятно, что у Тани есть сестра-близнец. Но откуда они знали, что он пойдет здесь ночью? Ведь свидания он не назначал...

- Ладно, девочки, пора отдыхать, а мне хочется одному и в спокойной обстановке подышать свежим воздухом. Бессонница!

- Никакая у тебя не бессонница, - жестко сказала И. - Ты убил человека там, на острове. Ты идешь топить его труп. И мы обе знаем об этом.

- Ну вот он я, вяжите! - все еще полушутя развел руками Котов.

Таня-Е покачала головой:

- Нет, мы пришли не за этим. Мы хотим знать, почему нас двое...

Котов угрожающе прищурился:

- А вы не боитесь, что вас я тоже... в озеро? Вы ведь свидетели! А может быть - соучастницы, а?

- Скорее, последнее, - согласилась И. - Ладно, сперва разберемся с покойником, а потом ты нам все объяснишь... Там, на острове!

Пока шли вдоль берега, Котов переводил взгляд с одной на другую: "Ведь и правда, не различу!"

Переплывали на остров в темноте, сняв всю одежду и держа ее над головой. С трудом разыскали тропинку и поднялись на холм, где в темноте по запаху нашли труп.

- Смердит, - проворчал Котов. - Тащить - будет заметно, а на руки брать - противно...

- Мы поможем, - откликнулась И, - возьмем за ноги вдвоем, а ты - за руки.

Котова поразило, что обе девушки значительно меньше, чем он, испытывают страх и отвращение к этому грязному делу. Труп дотащили до воды, запихали под одежду камень потяжелее и сбросили в озеро. После этого ополоснули руки.

- Теперь мы соучастники, - сказала И. - Может, теперь ты объяснишь, почему нас двое?

- Нашли время шутить!

- Я не шучу, - прошипела Таня-И. - Обе мы до сегодняшнего вечера были убеждены, что никаких близнецов у нас нет. Но оказалось еще хуже - мы одно и то же!

- И у нас общая память, - добавила Е.

- А вы не того? - Владислав покрутил пальцем у виска.

- Нет, дорогой! Мы, как пишут в завещаниях, в здравом уме и трезвой памяти.

- Ладно, давайте хоть костерок разожжем.

Вернулись на полянку, к жилищу бомжа, нашли спички и разожгли костер. Пламя сделало мир уютнее и веселее.

- Давайте по порядку, - тоном следователя начал Котов. - Как вы узнали, что вас - двое?

- Сегодня, после того как простились с тобой...

- Простились или простилась? - перебил Котов.

- В том-то и дело, что каждой виделось одно и то же, - попыталась объяснить Е. - И она, и я прощались с тобой на берегу, и с Эллой, и с Людой... Потом я или она поднимались к даче, проходили в ворота, охранник отчего-то смотрел странно...

- Потом, - подхватила И, - я пошла к себе. Или она пошла к себе, может быть. Я очень устала, разделась и упала на кровать, даже удивилась, что она не прибрана...

- И почувствовала, что кто-то лежит рядом, - опять заговорила Е, - но я так устала, что даже не удивилась. По-моему, кто-то из нас спал, а кто-то был на берегу. Но кто?

- Ничего не понимаю!

- Понимаешь, - проворчала И, - только не хочешь сказать. Еще раз объясняю: часов в семь вечера мы обе проснулись и выпучили друг на друга глаза. Там у нас зеркало висит, так мы сразу туда поглядели и чуть с ума не спятили...

- Она говорит: "Двоится, что ли?" - фыркнула Е, - а я сперва себя ущипнула, потом ее. Не пропала! И я уже чувствую, что не сплю. Я спросила: "Ты кто?" Она отвечает: "Таня. А как твоя фамилия?" Я отвечаю: "Хрусталева"...

- А потом она спросила, как мое отчество, и очень удивилась, что я тоже Александровна. Тогда я спрашиваю: "Кто твой дядя?" Она говорит, что Запузырин Август Октябревич.

- Я тогда ей вопрос на засыпку: "А паспорт можешь показать?" И она лезет в ту самую книжку, которую я читала и поставила на полку, когда в комнате никого не было! А страницы я заложила паспортом! Я говорю: "Это мой!" А она.