- Ну у него и мысли... - удивился видавший виды Шамбалдыга.

- Хочет сразу всего, но не знает, что выбрать.

- Но если выберет - может наделать делов! Это, понимаешь, не здорово. Вот, например, мыслишка - сделать весь мир богатым и счастливым. Ничего замах, а? Нормально! А эта? Вселиться в президента и возродить Великую Россию! Каково! Так... Полная экологическая очистка планеты, всеобщее разоружение, погашение инстинктов разрушения и убийства, примирение всех наций... Да-а! И это при том, что наш Котов - минусовой! Ну вот это еще ничего: улететь в Америку, начать там мощный бизнес и разорить всех капиталистов. А вот самая страшная: управлять миром с помощью собственных мыслей. Еще раз такое мелькнет - глуши сразу! Надо его на что-нибудь попроще направить, а то он, сукин сын, Великое Равновесие нарушит! Пусть куда-нибудь переместиться захочет. Только не в прошлое!

- У него есть такой вектор, - заметил Тютюка. - Но можно ведь с блокировкой...

- Знаем мы, как эта блокировка срабатывает. Хреново! И Дубыга тому пример. Конечно, если он к фараонам или там римлянам попрет, еще ничего. А если его в застойные времена утянет?

- А в будущее?

- Это пусть, только надо потом приглядывать, чтобы он дальше, 2029 года не влетел. Согласно "Книге Судеб".

- У него там чего, естественная смерть записана?

- Точно. Вообще-то просчитанных альтернатив много, но 2029 год - это уж финиш.

- Ждать-то еще сколько! - разочарованно протянул Тюткжа. - Мы тут стараемся, минус поднимаем, а ему еще жить да жить...

Шамбалдыга усмехнулся:

- Молодо-зелено! Я тебе еще раз говорю: мы не доставщики, мы предобработчики. Они только готовое берут, ну, может, еще чуть-чуть грехотонн добавляют для плана. А мы сущность готовим, соблазняем, выражаясь по-местному. Это, понимаешь, разница. Конечно, можно было бы его прямо сейчас сдать. Но это неразумно, недальновидно. Сдадим, а кто зло творить будет? А тут тридцать семь лет впереди. Сколько он минуса произведет? То-то. Поэтому у нас главная задача - провести его через эти тридцать семь лет так, чтобы он ни процента минуса не потерял, ни грехотонны не сбросил. Конечно, программу "Исполнение желаний" мы скоро вырубим, но прежде все-таки заставим его поработать...

Котов вновь принял облик Запузырина, открыл гардероб, надел свежую рубашку, галстук, бежевый костюм. Сунул в дипломат пакет с прорывными программами и позвонил секретарю в "свой", то есть запузыринский офис.

- Закажите мне билет на ближайший рейс Москва - Париж. Через двадцать минут приеду.

- Что он придумал? - недоуменно спросил Тютюка. - Зачем это? Ведь может хоть через секунду быть в Париже.

- Это он Запузырину собирается официальную смерть от автомобильной катастрофы устроить. И одновременно уничтожить пакет с программами, расшифровал мысли Котова Шамбалдыга. - Смотри-ка, он уже пять процентов минуса потерял! Что-то неладное!

- Но Париж-то ему зачем?

- Для прикрытия. Сейчас выедет за ворота, промчится по шоссе к мосту, где угробились Колышкин и Лбов, оставит в машине манекен Запузырина, а сам переместится сюда. Он, дуралей, хочет избавить мир от своих программ! Это ж плюсовое действие! Немедленно долби коротким, чтобы изменил решение!

- Не проходит что-то... - виновато пробубнил Тютюка.

- А ну, дай я попробую... Точно! Не проходит! Даю длинный! Что же там в нем творится?

- Командир! Это Сутолокина! Сутолокина о нем думает, помехи ставит!

Тютюка тут же увидел перед собой карту Светлого озера, мерцающие точки, обозначающие Сутолокину и Котова. Александра Кузьминична, судя по всему, бродила где-то у дачи Запузырина, а белый купол плюса, исходивший от нее, накрывал собой ту часть дома, где находился Котов.