Сегодня он получит желаемое. Освободится от мук. Если нет, он умрет. Нет, правда, если она не позволит ему погрузиться в свое теплое тугое тело, он… Он не хотел думать, что тогда с ним будет. Точно ничего хорошего. Самое малое, разрыдается. А скорее всего выбежит голый в коридор и помчится с воем по залам Найтсдейла, окончательно лишившись рассудка.

– Вы не забыли? Не двигайтесь. Сидите так. – Чарлз вошел к себе. – Только не двигайтесь.

Понадобилась секунда, чтобы взять обручальное кольцо. Сейчас он наденет его ей на палец. А потом возьмет ее тело – не сразу, ведь для нее это будет в первый раз. Он не станет торопиться, будет томить ее, пока она не начнет его умолять.

Но сможет ли он ждать? Вот вопрос. Он умел оттягивать нужный момент сколько угодно и очень гордился этим. Но сегодня…

Сегодня он не сможет этого сделать. Эмма так его возбуждает! Гораздо сильнее, чем другие. Похоже, сегодня и для него будет все по-новому.

– Не двигайтесь, – повторил он.

Эмма подняла руку, чтобы убрать с лица волосы. Ее грудь тоже поднялась, слегка покачиваясь. Очень красиво.

– Уже иду!

Он умрет, умрет на месте, стоит ей вдруг вспомнить, что она чопорная английская мисс.

Эмма смотрела, как Чарлз пятится к двери. Что за чудная штука у него между ног, она и представить себе такого не могла. Торчит прямо из туловища и немного раскачивается при ходьбе. Он дал понять, что ему нравится, когда она трогает эту вещь. Но когда она взяла ее в руки, с ним стало твориться что-то странное.

На ощупь она была твердая и гладкая, горячая и влажная.

Что ему понадобилось в той комнате?

Наверное, пошел взять оружие. Он ведь прибежал, потому что услышал ее крик. Просто он растерялся, увидев ее обнаженной.

Она снова стала искать одеяло. Где оно? Эмма заглянула под кровать. Вот оно, лежит на полу с торца кровати.

– Вы обещали не двигаться.

Она быстро подняла голову. Чарлз стоял в дверях по-прежнему голый. Он улыбнулся:

– Но я не сержусь. Сейчас у вас такая возбуждающая поза.

Его глаза горели. Она стояла на четвереньках, и он видел каждый дюйм ее тела. Она бросилась на постель ничком. Он засмеялся и подошел ближе.

– Вы по-прежнему раздеты, – пробормотала она, уткнувшись в матрас. Простыни приятно холодили горящие щеки.

– Правильно. В обозримом будущем одежда нам не понадобится. И даже будет мешать.

О Боже, широкая ладонь Чарлза легла ей на спину и принялась гладить от шеи до самых ног! Матрас слегка прогнулся, и Чарлз стал ласкать ее обеими руками. Внизу живота сладко заныло. Эмма зарылась лицом в матрас. Руки Чарлза гладили ей бока, щекотали грудь, ласкали бедра. Эмма вытянула ноги. Ей вдруг захотелось приподняться, чтобы его руки могли подхватить ее снизу.

– А где оружие?

Она ахнула, когда его палец прошел по ягодицам.

– Какое оружие?

Эмма застонала. Рука Чарлза гладила ее бедра, совсем рядом с тем местом, которое…

– Милая, вам больно?

Она не услышала веселые нотки в его голосе.

– Нет. А разве не за оружием вы ходили к себе в спальню? – Ему не удастся ее отвлечь. Пусть отвечает. – Вы ведь пришли ко мне, потому что я кричала?

– Вы правы. – Он перевернул ее на спину, и она чуть не закричала. Загадочный орган вызывающе торчал, словно хотел, чтобы она взяла его в рот. Она спряталась за простыню, чтобы от него отгородиться. – От чего же вас было спасать, Эмма? Не вижу здесь ничего опасного.

Эмма приподнялась. Пришлось признать – действительно никого.