Мечтала? Да, такой взгляд, как у нее, Чарлз видел только у французских офицеров на поле боя. Он всерьез опасался, что она решительно настроена сосватать ему в жены свою дочку с поросячьим лицом.

Ламберт деликатно кашлянул.

– Одна из горничных с верхнего этажа шепнула миссис Ламберт, что леди Каролину оскорбила леди Беатрис.

Чарлз приподнял бровь:

– Странно. Не знал, что тетя Беа жестоко обращается с молодыми девицами.

– Смею думать, леди Каролина плохо отозвалась о Королеве Бесс.

– Королеве Бесс? Зачем тетя Беа ввязалась в спор на историческую тему?

– Речь не о королеве Елизавете, милорд. О кошке по кличке Королева Бесс. Очевидно, леди Каролина болезненно чувствительна к кошкам. Любимица леди Беатрис забралась к ней в постель. Что привело к прискорбным последствиям – для леди Каролины, разумеется, не для кошки. Девица… покрылась пятнами. Так говорит миссис Ламберт.

– Понятно. Спасибо за обстоятельный рассказ, Ламберт.

Значит, одной соискательницей меньше, подумал Чарлз, оставшись один. Жаль, что леди Каролина и тетя Беа не поссорились раньше. Уехать бы семейству Данли до прогулки на озеро, и сцена в гроте могла выйти куда более увлекательной. Возможно, он мог бы уже объявить о предстоящем браке!

Нужно тщательнее разработать план наступления. Судя по тому, как Эмма отвечала на его ласки, он ей вовсе не безразличен. Просто она с причудами. Так и не объяснила, почему дала ему пощечину. А он ведь всего-навсего попросил выйти за него замуж. Даже не поцеловал. Зато потом, в гроте, она не выказала ни малейшего желания ударить его снова.

Ни малейшего! Он заерзал в кресле, вспоминая… тело Эммы, такое мягкое и жаркое. Оно плавилось в его объятиях, раскрывалось навстречу. Боже! Эмма сама виновата, что он ее поцеловал. Каким голодным взглядом пожирала она его рот! Разве мог он отказать ей в небольшом угощении?

Он был бы счастлив дать ей больше. Ему самому ужасно хотелось распробовать каждый дюйм, каждый закоулок ее тела. Особенно его потайные места.

– Чарлз! Ты занят?

Чарлз стряхнул сладкое наваждение.

– Не особенно. Входи, Робби.

Робби осмотрел заваленный бумагами стол.

– А может, стоило бы поработать?

– Наверное. Главное, я успел разобраться с самыми важными делами, но, может быть, что-то и упустил. – Чарлз грустно посмотрел на гору бумаг.

– Тебе нужен секретарь.

– Знаю, черт подери! Мне вообще много что нужно с тех пор, как брат умер, а я унаследовал проклятый титул. Не могу решать все дела скопом.

– Правильно, – Робби потянулся к графину с бренди, – поэтому сначала тебе нужно выпить.

– Благодарю. – Чарлз взял стакан. – Ты оказал мне плохую услугу, сбежав сегодня днем. Мне пришлось изображать няньку для толпы молодых мисс и пустоголовых юнцов. Где тетя Беа откопала таких гостей?

Робби с усмешкой опустился в кресло подле письменного стола.

– А ты думаешь, почему я так легко согласился съездить за сестрой Олворда? Потому что мне вовсе не хотелось бродить возле твоего прекрасного озера со стадом баранов.

– А я думал, ты хотел побыть в обществе обольстительной Лиззи.

– Это Лиззи-то обольстительная? – Робби рассмеялся. – Малышка Лиззи мне как сестра. Ты же знаешь это, Чарлз. Она чудесная, очаровательная, но обольстительной ее не назовешь. Она еще совсем дитя.

– Не совсем, Робби. Ей уже семнадцать. Она дебютировала в этом сезоне. Олворд может принимать предложения руки и сердца. Не иначе как у него их уже десяток.

Робби нахмурился и пожал плечами:

– Нет.