— Здравствуйте, здравствуйте, любезный господин Г., — приветливо-снисходительно бросил важный посетитель. — Есть что-нибудь новенькое, интересное?

— Все, что угодно, ваше сиятельство.

— А, кстати: я хочу избавиться от этого перстня. Надоел он мне что-то. Сколько вы мне за него дадите?

Ювелир взял перстень. Это был огромный солитер дивной воды. Г. долго его разглядывал.

— Три тысячи рублей могу вам предложить за него… — после долгого раздумья проговорил он.

— Что? — расхохотался старый барин. — За простое стекло — три тысячи рублей?

— То есть как за стекло? — удивился ювелир. — Не за стекло, а за бриллиант.

— Да бросьте: это лондонская работа. Это — поддельный бриллиант. Мне подарил его мой дядюшка князь В. как образец заграничного искусства подделывать камни.

Злополучный ювелир покраснел, как рак. Его, его, величайшего знатока-специалиста пробуют дурачить!

— Позвольте, я его еще хорошенько рассмотрю.

Он стал проделывать над бриллиантом всевозможные пробы, смысл и значение которых для меня, как для профана, были совершенно темны, непонятны.

— Ну что, убедились? — мягко рассмеялся князь.

— Убедился… что это — бриллиант самый настоящий и очень редкой воды.

Выражение искреннего изумления отразилось на лице князя.

— И вы не шутите?

— Нимало. Неужели вы полагаете, что я не сумею отличить поддельного камня от настоящего?

— И вы… вы согласны дать мне за него три тысячи рублей?

— И в придачу даже вот эту ценную по работе безделушку, — проговорил Г., подавая князю булавку с головкой-камеей тонкой работы.

— А, какая прелесть!.. — восхищенно вырвалось у князя. — Ну-с, monsieur Г., я согласен продать вам этот перстень, но только с одним условием.

— С каким, ваше сиятельство?

— Во избежание всяческих недоразумений, вы потрудитесь дать мне расписку, что купили у меня, князя В., перстень с поддельным бриллиантом за три тысячи рублей.

— О, с удовольствием! — рассмеялся ювелир. — Вы извините меня, ваше сиятельство, но вы большой руки шутник!

Расписка была написана и вручена князю. Он протянул Г. драгоценный перстень.

— Сейчас я тороплюсь по делу. Через час я заеду к вам. Вы подберите мне что-нибудь интересное.

— Слушаюсь, ваше сиятельство!

Вскоре коляска отъехала от магазина ювелира.

Прошло минут пять. Я заинтересовался фигурой какого-то господина, очень внимательно разглядывающего витрину окна.

Вдруг яростный вопль огласил магазин.

Я обернулся. Злосчастный ювелир стоял передо мной белее полотна.

— Господин Путилин… господин Путилин… — бессвязно лепетал он.

— Что такое? Что с вами! Что случилось? — спросил я недоумевая.

— Фальшивый… фальшивый! — с отчаянием вырвалось у Г.

— Как фальшивый? Но вы же уверяли, что это — настоящий бриллиант?..

Ювелир хватался руками за голову.

— Ничего не понимаю… ничего не понимаю… Я видел драгоценный солитер, который, вдруг, сразу превратился в простое стекло.

Зато я все понял. Этот князь В. был никто иной, как Домбровский. У гениального мошенника было два кольца, капля в каплю похожие одно на другое. В последнюю минуту он всучил ювелиру не настоящий бриллиант, а поддельный.

Путилин опять прошелся по кабинету.

— А знаешь ли ты, что третьего дня опять случилась грандиозная кража? У графини Одинцовой похищено бриллиантов и других драгоценностей на сумму около 400000 рублей! Недурно?

— Гм… действительно, недурно, — ответил я.