Инцестные игры?! Выйдя из себя, я швырнул ее на постель.

— Какого черта?!

Она вскочила на ноги и бросилась на меня, как дьяволица. Мы вцепились друг в друга.

— Ах ты гад! Чтоб я еще раз легла с китайцем!

Я разозлился на нее не из-за денег. Все дело в том, что г-жа Хирата выпачкала грязью мою любимую, драгоценную Мэйкунь. Вернее, нашу с Мэйкунь мучительную, полную страданий историю, начавшуюся с бегства из деревни. Нашу неосуществившуюся мечту, которая так легко обернулась кошмаром. Я жил в Японии, о которой Мэйкунь так мечтала и куда так и не попала. Жил и терпел уродства этой жизни. Жил в надежде отыскать женщину, похожую на Мэйкунь. И когда я наконец ее нашел, оказалось, что она лишь играла со мной, делала все только во имя денег. Как я был глуп, что не понял этого! Меня будто подхватил быстрый поток, я перестал понимать, что происходит, а когда пришел в себя, увидел, что задушил г-жу Хирату. Мне не нужны были ее деньги, вообще ничего. Я совершил ошибку, которую не исправить, и всю оставшуюся жизнь буду молиться за упокой души г-жи Хираты.

10 июня 2000 года

Чжан Чжэчжун

Часть 6

Ферментация и разложение

1

Я пошла на первое заседание суда по делу о квартирных убийствах. Специально отпросилась с работы. Вас это удивляет? Зал, где проходило судебное слушание, был самый обыкновенный, ничем не отличался от других. Разве только размером — заседание устроили в самом большом помещении в здании суда. К моему удивлению, желающих попасть на него оказалось очень много — человек двести, и входные билеты пришлось разыгрывать. Все хотели узнать, что случилось с Юрико и Кадзуэ. Собралось много журналистов, но телевизионщиков с камерами вроде решили не пускать. Когда я отпрашивалась на суд у шефа, видно было, что его так и подмывает что-нибудь спросить.

Как я уже говорила, меня совершенно не интересовало, правда ли, что Юрико и Кадзуэ убил этот китаец, Чжан. Мне и сейчас нет до этого дела. Потому что обе — уличные шлюхи, имели дело с разными подонками и извращенцами, они должны были знать, что могут лишиться жизни, если не повезет. Наверняка им это было известно, именно поэтому, закончив с одним клиентом, они прыгали в постель к другому, не зная, с кем имеют дело, переживут ли этот день, вернутся ли домой. Ловили кайф от этого. Пронесло — значит, можно вздохнуть с облегчением, посчитать перед сном заработанные денежки, подумать, какая я умная, как ловко вывернулась на этот раз.

Встретив незнакомого мужчину, я начинаю воображать, какой ребенок мог бы у нас с ним получиться. Это доставляет мне своего рода удовольствие. Правда, в моем случае все происходит только в голове, а с убитыми Юрико и Кадзуэ дело обстояло совсем по-другому.

На суд я пошла из-за следователя Такахаси, который дал мне почитать показания Чжана. Нелепые, длинные и скучные, под названием «Плохие дела, которые я совершил». Бесконечная, не относящаяся к делу писанина: как тяжело ему жилось в Китае, чем занималась его любимая сестрица и прочая ерунда в том же духе. Я эти места по большей части пропускала.

Но этот Чжан в своем рассказе несколько раз называл себя симпатичным и умным, писал, что похож на Такаси Касивабару. Мне стало интересно, что это за парень. Если ему верить, Юрико в тот день, когда он убил ее, сказала ему: «Ты симпатичный парень!» Если Юрико, которую все называли красоткой, считала его симпатичным, я обязательно должна взглянуть на него.

У меня стояла перед глазами маленькая школьница Юрико, устроившаяся на коленях у Джонсона в том самом домике в горах. Самый видный и представительный мужчина в мире и самая красивая девочка. Неудивительно, что их так тянуло друг к другу и они не смогли расстаться до самого конца. Нет, я не завидовала. Красота обладает магнетизмом, притягивает другую красоту, и когда связь установлена, она оказывается очень прочной и не дает больше стрелке компаса вращаться.