Теперь неделю с нами разговаривать не будет.

— Да они итак в бункере постоянно сидят, как с ними поговоришь…

— Кстати, как чувствуешь себя? — спросил я, вспомнив про обращение друга.

— Голова кружится, зрение как у крота, в ушах будто стадо тюленей оргию устроили, и жрать хочу, как после той самой оргии.

— Мда, не слабо тебя вштырило.

— Ну, зато я теперь вурдалаком стал. А я скоро смогу летать?

— Летать? Так ты уже можешь, залазь на крышу и прыгай, только старайся повыше залезть и как можно дальше прыгнуть.

— Блин, Макс, я серьёзно…

— Так а я разве шучу? И это, руками ещё посильнее махай, как птица.

— Слушай, а пожрать есть что-то? Желудок выкручивает как тёща яйца…

— Ну кровь Эдика я тебе точно не дам, хватит с меня благотворительности. До вечера потерпи, я схожу на охоту.

— Но я сейчас хочу! Я не выдержу до вечера… Я будто сам себя изнутри пожираю…

— Хотел стать вампиром? Поздравляю, мечта сбылась.

— Братан, ну пожалуйста, дай кровушки.

— Я тебе дилер что ли? Пойди и достань сам. А хотя не, не надо, знаю я тебя…

Засосёшь ещё кого-то до смерти.

— И что мне делать?

— Блин, пожри Вискаса, я не знаю…

— А вампиры едят такое? — с серьёзной миной спросил Влад.

— Вампиры всё едят, если очень хочется.

Тут Злоба, лежавшая всё это время у своей миски, подняла голову и нехорошо посмотрела на Влада.

— Не, я пас… — решил он.

— Пойду гляну, как там Ника, — сказал я.

— Спроси, может у неё похавать есть чё.

— Облизательно.

* * *

Ника, как и я предполагал, не ушла в бункер, а засела в спортзале. Она и в нормальном настроении из него почти не вылазит, а когда нужно выплеснуть злость, то лучше места для неё просто нет.

Я опасался к ней приближаться сразу, поэтому самостоятельно взялся за лук и пытался поразить им мишень, хотя бы с десяти метров. Однако это оказалось не так просто, как я думал. Накладывание новой стрелы и прицеливание занимало невероятно много времени, а стрела летела не совсем туда, куда я пытался её направить. Иногда она попадала в «молоко», а иногда и вовсе падала на пол, так и не встряв в мишень.

— Ты специально над моим луком издиваешься? Совсем довести меня решил? — не выдержала Ника, моего обращения с оружием.

— Ты же не хочешь меня обучать, хотя я свою часть сделки выполнил — отвёз твоего хахаля…

— Он мне не хахаль! Это ты тут шлюх всяких водишь домой, пока нас нету.

Я молча продолжил стрельбу, а Ника, ещё немного понаблюдав за мной, всё же не удержалась.

— Так, дай сюда лук. Возьми пока этот, он помягче и легче в обучении.

Я отдал девушке классический лук, без всяких наворотов, а она мне дала что-то больше похожее на детскую игрушку. Блоки вверху и внизу сильно облегчали натяжение, но остальные части оружия были для меня совсем непонятными.