Пистолет сам собой оказался в дрожащей руке Олега.

— Стой! — крикнул он, но необходимой при подаче такой команды уверенности в голосе не было.

Тихий удивился, но не более того. Дрожащий сопляк, пусть даже и вооруженный какой-то хлопушкой, испугать его не мог. Просто придется действовать еще более жестко, но зато и трофей по праву будет принадлежать ему.

Не сбавляя скорости, Тихий прыгнул вперед и вниз, кувырнулся через голову и встал на корточки перед самым Олегом. Согнутая в локте и отведенная назад правая рука Тихого начала распрямляться, готовая пробить насквозь солнечное сплетение противника, но, когда до цели оставались последние сантиметры, произошло невероятное: трясущийся сопляк успел опустить ствол пистолета и вдавил спусковой крючок.

Тихий не услышал выстрела. Раньше, чем он успел воспринять звуковую волну, остроконечная «тэтэшная» пуля пробила его голову и вонзилась в песок дорожки, а секунду спустя тот же песок принял на себя труп Тихого. Его лицо оставалось оскаленным в гримасе атаки, но открытые глаза выражали лишь безграничное удивление.

— Тихий! — отчаянно заорал Клешня, останавливаясь и вырывая из-за пояса пистолет. Большой палец никак не мог совладать с тугим флажком предохранителя, и Клешня опять бросился вперед, понимая, что расстояние слишком велико для прицельной стрельбы.

Ошалевший от происходящего Олег поднял правую руку и дважды выстрелил в сторону второго противника.

Клешня упал на дорожку, перекатился и взял пистолет обеими руками, целясь немного выше головы Олега. О последствиях он не думал, сейчас им двигало только желание отомстить за смерть друга.

Олег выстрелил еще раз, даже не пытаясь прицелиться, а просто в сторону Клешни, и бросился бежать.

Клешня выстрелил дважды, немного сместил прицел вниз и опять нажал на спуск. Будь расстояние хоть немного меньше, Клешня снес бы Олегу голову, но на такой дистанции даже «кольт» не мог спасти положение.

Олег свернул с дорожки в кусты и исчез из вида.

Клешня вскочил и побежал к Тихому. Он видел, как тот упал, но в глубине души теплилась надежда, что друг все-таки жив.

Остекленевшие глаза, аккуратная маленькая дырка во лбу и черная лужа вокруг затылка сказали ему, что это не так.

Через полчаса после перестрелки труп Тихого обнаружил гулявший с собакой пенсионер. Он позвонил в милицию из телефона-автомата и поспешил домой, опасаясь, что за это ему отомстит мафия, или менты затаскают его по судам.

Дежурная группа приехала на удивление быстро — это было первое убийство, случившееся в городе за день. В заднем кармане спортивных брюк Тихого обнаружили служебное удостоверение старшего лейтенанта милиции Розина Петра Аркадьевича, состоящего в должности дежурного ПЦО, со вклеенной фотографией Тихого и водительское удостоверение Дмитрия Владимировича Тюленева, с той же фотографией. Эти находки вызвали усиленные переговоры по рации между группой и дежурным по РУВД. Эфир милицейской волны прослушивали, хотя бы периодически, большинство репортеров городских газет и местного телеканала. Услышанная новость вызвала у них оживление и заставила, бросив все, рвануть на место происшествия.

В вечернем выпуске теленовостей показали два милицейских «УАЗика», постового с автоматом на плече и сигаретой в зубах, следователя прокуратуры, эксперта, проводника со служебно-розыскной собакой, которая задрала ногу на осветительный столб, и труп Тихого. Диктор суровым голосом заявил, что, по мнению правоохранительных органов, убийство гражданина Тюленева Дмитрия Владимировича явилось результатом борьбы организованных преступных групп за передел сфер влияния в городе.