Я обняла ее и мысленно взяла обратно все свои плохие слова, которые когда-нибудь о ней говорила, все — даже самые крошечные колкости. Вроде того, какая она зануда, когда дело касается хорошей выпивки (потому что в баре ей всегда приходится сопровождать меня в дамскую комнату). И как чванится своим Гринвичем, в котором провела юность. И что остается безнадежно полной, даже несмотря на ежедневные визиты в спортзал. Не иначе как она тайком пожирает пончики в раздевалке, обычно говорила я Рейчел.

— Зеленое подходит к твоим глазам, — повторила Клэр улыбаясь.

— Мне очень нравится, — сказала я, любуясь на себя в зеркальце. Ожерелье лежало именно так, как надо, выгодно подчеркивая мои тонкие ключицы.

Потом мы с Клэр пошли обедать. Я взяла мобильник с собой, на тот случай, если Декс или Рейчел решат, что обеденный перерыв — это подходящий момент для того, чтобы позвонить, извиниться, попросить прощения и поздравить меня с днем рождения. Я получила пять звонков и каждый раз спрашивала у Клэр: «Ты не возражаешь?» Она махала рукой и отвечала: «Нет, конечно. Ответь».

И все это (за исключением одного, напоминающего о том, что мне в пять часов идти на массаж) были звонки от поздравителей, но не от Декса или Рейчел.

— Нет, — сказала я.

— А Декс?

— Тоже.

— Как невежливо с их стороны — не позвонить тебе в день твоего рождения и не попытаться все уладить.

— Конечно.

— Ты их не видела после той встречи в магазине?

— Нет. А ты?

— Нет. Никто их не видел, — сказала Клэр.

Стало быть, дело серьезное — у нее была широкая сеть осведомителей. Самое лучшее, что можно было сделать, чтобы заполучить персонального сыщика (и поверьте, я об этом подумала), так это назвать Клэр своей лучшей подругой.

— Может быть, они расстались? — предположила я.

— Возможно, — ответила она. — Но вины с них это не снимает.

— Или, может быть, поехали еще в какое-нибудь экзотическое путешествие, — продолжила я.

Клэр сочувственно похлопала меня по плечу и заказала еще бокал шардоннэ. Знаю, что мне не следовало бы пить, но доктор Джен сказала, что по особым случаям можно. И, кроме того, во Франции почти все младенцы рождаются абсолютно здоровыми, в то время как их матери пьют вино каждый день.

— У меня есть для тебя одна новость, — сказала я, вздохнув и приготовившись сообщить ей о Маркусе. Не о беременности, разумеется.

— Да? — Браслеты у нее на запястьях звякнули, когда она скрестила руки на столе и придвинулась ко мне.

— Я кое с кем встречаюсь, — гордо сказала я.

— С кем? — спросила она, вытаращив глаза. Я уловила огонек ревности. Клэр, храни ее Господь, обладает способностью знакомить своих подруг с потрясающими парнями, но у нее самой никакого прогресса в этой области нет.

Я таинственно улыбнулась, отпила глоточек минералки и аккуратно стерла с бокала следы губной помады.

— С Маркусом, — гордо ответила я.

— С Маркусом? — изумленно переспросила она. — То есть с тем самым Маркусом?

Я кивнула.

— Это правда?

— Ну да. Разве это не здорово?

На ее лице промелькнуло странное выражение, которое я затруднилась истолковать. Ревность, что я так быстро нашла себе нового мужчину сразу же после разрыва? Может быть, она тоже считала его привлекательным, хоть и необычным? Или это было неодобрение? Сердце у меня дрогнуло, когда я поняла, что возможно именно это.