|
– Аркадий Сергеевич, вам уже третий раз звонит какой-то Старшинов, – доложила Аня. – Требует соединить, а по какому делу, говорить отказывается. Упертый как не знаю кто… – Старшинов? Не знаю такого. А кто он? Как представился? – Да никак. Я и фамилию-то из него еле вытянула. – Ну ладно, соедини. Минуту Ненашев слушал «упертого» молча. Потом спросил: – А почему вы решили, что эта информация может меня заинтересовать?.. Понятно. Ну что ж, давайте встретимся. У меня в офисе, в шестнадцать ноль-ноль. Фамилия, которой вы представились, настоящая? Хорошо, пропуск выпишут на нее. Ненашев старался говорить спокойно, но сердце колотилось, как бешеное. Он и самому себе не смог бы объяснить, почему так боится Стасову «брошенку». Или это не страх, а что-то совсем другое? Но тогда почему его до сих пор бросает в жар, когда он слышит имя «Ольга» или видит из окна машины женщину, отдаленно напоминающую любовницу Дегтярева? Ненашев рывком стянул с шеи кашне. – Аня! Чухаева ко мне! Секретарша заглянула в кабинет: – А вы что, на обед не поедете? Сама она в отсутствие шефа, судя по всему, решила пробежаться по магазинам – в руке у нее были шарфик и перчатки. – Нет, не поеду!!! Может, я тем самым нарушаю твои планы? Так можешь быть свободна! Совершенно свободна! Найди Чухаева – и в бухгалтерию за расчетом! – Аркадий Сергеевич! Что я такого… Глаза Анечки наполнились слезами. Ненашев смотрел на нее молча, катая на скулах огромные желваки. Шмыгнув носом, Анечка тихо прикрыла дверь. Чухаев появился через десять минут. Встрепанный, перепуганный, с веточкой укропа на нижней губе. Видимо, отыскав его по мобильному, Анечка успела предупредить: босс в бешенстве. – Значит, юродивая, говоришь? Нищая идиотка, которую никто слушать не станет? Выплевывая вместе со слюной слова, Ненашев смотрел начальнику юротдела не в лицо, а куда-то в область пупка, и Чухаев тут же почувствовал, как низ живота скручивает, заматывая кишки в спираль, острая боль. – Я… – проблеял Чухаев. – Что ты?!! Какого хера я тебя тут держу и еще двадцать таких же, как ты, дармоедов? Юристы, твою мать! Сколько бабок ты из меня выкачал под дело Дегтярева? – Да чего случилось-то, Сергеич? Ненашев не отвечал. Боль в животе стала невыносимой, и Чухаев сел. – Ты чего расселся?! – заорал Ненашев. – Кто тебе позволил?! Чухаев глянул в лицо босса – и едва не потерял сознание. Ненашев был сейчас не просто уродлив, за столом сидел и изрыгал проклятия жуткий монстр. Синие мешки под глазами увеличились в размерах и налились чернотой, а обыкновенно серые, с красными прожилками щеки стали фиолетовыми и мелко тряслись. – Что случилось, спрашиваешь?! – выпятив вперед нижнюю челюсть, Аркадий Сергеевич потянулся через стол к подчиненному. – А то, что мне звонил некто Старшинов, сотрудник частного детективного агентства, и сказал, что утром к ним приходила Уфимцева. Приходила, чтобы нанять детектива. – Не может быть! – выдохнул Чухаев. Ненашев брезгливо поморщился и устало прикрыл глаза: – Может. Повисла пауза, такая томительная и опасная, что Чухаеву стало трудно дышать. – Она этого… – юрист повертел пальцами в воздухе, – Сержантова наняла? Ненашев чуть поднял веки: – Старшинова? Нет, не его. – А деньги, деньги-то она откуда взяла? – Ты у меня спрашиваешь?! – Ну это, конечно, плохо, что не его, не… Старшинова… – засуетился Чухаев. |
