И Уайти поговорил с Кори, и с тех пор Кори больше не появлялся у них в гостях, и дружеским вечеринкам в изоподе тоже пришел конец. Между собой Уайти и Кори в большей или меньшей степени остались друзьями, но Дарла с Кори больше не разговаривала. Сколько времени с тех пор пролетело? Теперь девочкам уже двадцать один, и стоит ноябрь 2053 года.

– Ну Дарла, ну же, – взмолилась голограмма Кори Рипсома, – Это же Старина Кукольник.

Дарла медленно поднялась с кровати, в слабой лунной гравитации ее объемистые батоны мягко качнулись. От ее тела исходило теплое ощущение покоя и довольства. У нее был небольшой двойной подбородок, практически изогнутый дугой рот, честные глаза и курносый нос.

– Минутку-то можешь подождать, какой настырный! – заорала она и начала одеваться. Она натянула высокие, до бедер, молди-сапоги и черные шелковые высоко обрезанные штанишки с широкой резинкой из эластичных полосок и вставками из кружев по сторонам от лобка. Потом подпоясалась широким кожаным ремнем с кармашками для домашних принадлежностей, оставив при этом грудь открытой. Наряд завершили украшения, бусы из черного лунного жемчуга и тонкое золотое ожерелье, после чего Дарла небрежно заколола в высокий хвост свои черные волосы, рассыпавшиеся фонтаном и свободными кольцами падавшие на плечи и обнаженную грудь. В довершение дела она мазнула по губам черной помадой и наконец включила ювви.

– В чем дело?

– Привет, Дарла, – быстро проговорил Кори Рипсом, в глазах которого вид Дарлы не вызвал особого интереса. Одеяние Дарлы не было чем-то необычным в жарких подлунных тоннелях, кроме того, Дарле было уже слишком много лет, чтобы она смогла хоть сколько-нибудь всколыхнуть желание Кори.

– Ты, э-э-э, не знаешь, где Уайти?

Судя по фону голограммы, похоже было, что Кори звонит из ванной.

– Он ушел сегодня утром на работу, болван ты эдакий.

Уайти чем-то занимается для ОСЦС. И ты позвонил только ради этого? Словно я какой-то хренов автоответчик?

Дарла протянула руку, чтобы выключить ювви.

– Погоди, Дарла. Дай я тогда скажу тебе.

– Ого, вот повезло. – Дарла взяла ювви и отнесла его с собой в кухонный отсек. Голограмма Рипсома послушно волочилась следом за ней, словно воздушный шарик на привязи. Двигаясь вслед за ювви, голограмма странно шипела и потрескивала, потом Дарле послышалось, как где-то в отсеке словно бы кто-то заухал. Она остановилась и склонила к плечу голову, прислушиваясь, но уже все смолкло. Наверное, у нее отходняк от вчерашней дури, не иначе.

– Хорошо, говори. Но мне нужно что-нибудь съесть, я еще не завтракала, – сказала Дарла. Она поставила ювви на кухонный стол, взяла сквизер с кофе с молоком и поставила его в микроволновку, после чего наполнила из пищевого крана питательной пастой тарелку.

– Что-то случилось с моими глупышами, – сказал Кори Рипсом, который и вправду выглядел взволнованным. Он сидел на туалетном стульчаке, при этом штаны у него были надеты. – Сегодня с самого утра глупыши ведут себя странно.

С утра мне позвонила молди по имени Френкипейн из Гнезда. Она подруга Вилли и Гардла-7. И эта Френки послала мне по ювви какой-то вирус, который заразил двенадцать из четырнадцати моих глупышей, и те словно спятили. Когда Френки сделала свое черное дело, в моем ювви раздался скрежет и хруст, а потом двенадцать глупышей все вместе начали ухать, и, я боюсь говорить это, Дарла, я снова только что слышал этот звук, поэтому я думаю, что мой ювви послал вирус и тебе тоже. Сколько у тебя в отсеке глупышей? Тебе лучше пойти и проверить, что с ними.

– Конечно, спасибо, уже побежала, – отозвалась Дарла, мешая ложкой пасту и почти не слушая, что там болтает Кори.