— Причём тут я? Это твои проблемы.

— Но мне негде ночевать, а погода у вас паршивая! Денег мне хватит впритык, чтобы доплыть до Сатаваханы. Если буду тратиться на еду и постоялый дом, то не смогу отсюда уплыть. Мне бы пожить у тебя до кораблей.

— Хорошо.

— Я… — сбилась бывшая царица Кельтов, желая продолжить уговоры. — А? Что ты сказал? — опешила она.

— Хорошо, говорю. Можешь остаться на моей земле.

— Господин, вы верите этой женщине? — подала голос Дина, закрывая дверь на засов. Одна из занавесок ей не понравилась, и она поправила её.

— Конечно… — он намеренно не закончил фразу, поскольку подразумевал, что конечно, не верит, но звучало всё так, будто верит. В этот момент он уловил, как на мгновение уголки губ Боадицеи приподнялись, но тут же она их намеренно опустила, придав себе невинный вид.

— А эта штука у тебя в руках тоже очередное божественное оружие? — довольно громко поинтересовалась она.

Столь дешёвый трюк, что Хенгу хотелось приложить ладонь к лицу. А вот Дина себя сдерживать не стала, она нервно покосилась в сторону улицы.

Обоим стало ясно, что Боадицея и Смерть использовали тот же трюк, что и они, то есть шли рядом, чтобы ощущаться как один бессмертный. Следовательно, Смерть сейчас находится неподалеку, а Боадицея таким образом предупредила напарника о наличии у Хенга другого оружия.

— Это ты божественное оружие, а это арбалет новой конструкции, — спокойно пояснил он. — Он более точный, чем аналоги с классической дугой. Могла бы и догадаться по прикладу.

— Ах, арбалет… — не снижая голоса, протянула она. — Понятно. И как он работает?

— Что ещё тебе рассказать? — иронично протянул Чжао. — Может, тебе сразу отдать ключи от дома, где деньги лежат?

— Секрет кузнеца? Понимаю. Так что ты предложишь девушке? Может, свою постель?

— Бурёнка, не наглей. Я тебя поселил бы в хлеву, но у меня его нет.

— У меня имя есть! — возмутилась она. — Боадицея! Запомни его.

— Бурёнка, не шуми.

— Имя. Оно есть у меня! Я не Бурёнка! И вообще, ты даже не предложишь девушке сухую одежду переодеться?

— Сразу видно аристократическую наглость, — покачал он головой.

— Ты так и будешь держать эту штуку направленной на меня? — Боадицея указательным пальчиком показала на ружьё.

— Привычка, — пожал он плечами, поднимая оружие дулом к потолку. — Проходи, располагайся. Девчонка, подай гостье вина и фруктов, а потом принеси ей чистый хитон!

— Сию минуту, господин, — отыгрывая покорную служанку, Дина склонила голову, взяла со стола переносной масляный светильник, подпалила его фитиль от настенного светильника и направилась в сторону кухни.

— Ты мог бы стать жрецом, — пространно выдала Боадицея.

— Почему мог бы? Не похоже на предложение стать одним из вас. Больше напоминает констатацию в прошлом времени.

— Это не предложение, — продолжила она. — Я просто говорю, что ты мог бы быть одним из нас.

— Жрецом меня назвать сложно, но учитывая, что мой наставник Гефест, я вроде как являюсь одним из вас.

Девушка покачнулась.

— Голова кружится… — её рука легла на рукоять меча. — Ты меня отравил?

С шорохом меч покинул ножны.