– Нас обязали действовать от имени всей Нал Хутты, – вставила Джилиак. – Деньги сейчас не главное, а… сотрудничество адмирала.

– Но… – Хэн пораскинул мозгами. – Нельзя ждать, что он откажется от рейда. Мофф заметит, если адмирал не выполнит приказы. Адмирал пойдет под трибунал. А сюда пришлют флот раза в три больше и сотрут нас в порошок!

– И преемник адмирала может оказаться невосприимчивым к нашим… доводам, – согласно кивнула массивной головой Джилиак. – Вот почему мы хотим, чтобы Гриланкс остался у руля. Но должен быть способ гарантировать поражение имперцев.

Эк куда хватила! В Академии Хэна, как и всех курсантов, учили гарантировать победу Империи.

– Я не знаю… – неуверенно пробормотал он.

– Нельзя ли заплатить адмиралу, чтобы он расставил корабли не на те позиции, чтобы стрелял неприцельно, еще что-нибудь? – поинтересовалась Джилиак. – Мы, хатты, ничего не понимаем в военном деле, капитан. Что может привести к желанному результату? Чтобы имперцы не победили, но никто не догадался бы, что Гриланксу заплатили.

– Ну.„ – Соло еще немного хорошенько подумал. – Может, он передаст нам план сражения? С ним мы сумели бы вывести все наши корабли на нужные места и, может быть, разбить имперский флот. Может быть. Особенно если убедить Гриланкса сбежать, как только он решит отступить.

– А при каких обстоятельствах мы не должны и пытаться нападать на имперский флот? – уточнил Джилиак.

– Если у Шильда имеется «звездный разрушитель» класса «виктория» или, что еще хуже, «Империал», даже и не мечтайте, ваша возвышенность. Но на Внешние территории любят посылать старые корабли. Так что шанс есть.

Джаббу явно потрясли познания кореллианина.

– Еще одна причина, почему годишься именно ты, Хэн, мальчик мой. Ты сумеешь оценить флот моффа, как никто другой.

Хэн оглянулся на Чубакку. Можно и не спрашивать: вуки рвался в бой, он готов помочь как угодно, лишь бы спасти их обреченный дом. Хэн вспомнил про «космический сарай» Шуга и о том, как они веселились с друзьями. Да, конечно, он мечтал о добропорядочной жизни, но мечты в прошлом. Ныне он контрабандист и, вероятно, контрабандистом останется. Ему нравится им быть! Мысли о горящих башнях Нар Шаддаа, об убитых ни за что ни про что, решили за него.

– Хорошо. Я поговорю с Гриланксом.

– И напирайте на то, что ни одно разумное существо в здравом уме и твердой памяти не отказывается от такого предложения, – сказала Джилиак. – Мы хорошо заплатим.

– Постараюсь, чтобы он все понял, – пообещал Соло.

– Когда сможешь вылететь, – захотел узнать Джабба. – Время дорого.

– Достаньте униформу и документы, и я улечу сегодня же вечером, – сказал Хэн. – Только мне к парикмахеру нужно…

Странно было вновь надеть форму. К такому решению пришел Хэн Соло, прогуливаясь три дня спустя по пермакриту имперской базы на Тете и стараясь не слишком часто теребить тугой воротник серого кителя с красно-синими лейтенантскими лычками. Кепи давило на голову. И отчаянно не хватало прежних сапог. Новые еще не были разношены должным образом и жали в носках.

Часовой у ворот просканировал ИД-карту, не слишком придирчиво изучил приказ, отсалютовал и махнул рукой, чтобы Хэн проходил.

Соло разыскивал вполне определенную группу молодых офицеров флагмана, дредноута «Судьба Империи», набитые младшими офицерами, сержантами и капралами, которые возвращались после увольнительной на берег.