«Ну да, Мичи говорил, что проводники ходят коротким маршрутом», — подумал про себя я, а вслух произнес:

— Да, хорошо. Нам главное, чтобы быстрее.

Парень кивнул и, обойдя по дуге идола, направился вниз. Мы двинулись следом.

Густой лес закончился минут через сорок пути, примерно на середине горы, и нам открылась унылая картина межгорья. До той горы, что напротив, было километров тридцать, если не больше, а все видимое пространство в низине было затянуто невесомой дымкой, или прозрачным туманом — сверху не разобрать.

Вершины огромных угловатых камней, которыми было завалено открывшееся пространство и кроны корявых, редко стоящих сосен были похожи на кучу обломков, плывущих в грязно серой воде. Пожухлая осенняя трава и лужи от недавно прошедших дождей — совсем не походили на воспетую классиками унылую пору. Тут скорее Дартмур с его болотами, которые так хорошо описал Конан Дойл. Нет, я понимаю, что в низине между горами туманы бывают часто, но на отдых сюда точно бы никогда не приехал. Не нравится мне такая природа…

— Неприятное место… — словно прочитав мои мысли, за спиной вслух произнес князь. — Понятно, почему тут всякая мерзость заводится…

— Полное дерьмо, если сказать точнее, — в спину проводнику хмуро буркнул Иоши. — Не знаю, как этот ваш отшельник здесь столько времени жил.

Проводник, конечно, ничего не ответил, и мы продолжили путь. Спустившись с горы, еще какое-то время шли по дороге, а когда она резко повернула направо, пошли чуть левее, по едва заметной тропинке.

Идти было легко, но местность ощутимо давила на голову. Огромные покрытые коричневым мхом валуны, были похожи на облезлых чудовищ, лежащих вдоль неширокой тропы. Кривые гнутые сосны с облезлыми кронами, скользкая прелая трава и синюшные шляпки грибов, уныло торчащих из бурой растительности. Ко всему этому — тяжелый запах гниения, глухие ухающие звуки где-то вдали, потрескивание деревьев и мерно покачивающаяся спина проводника.

В какой-то момент все стало казаться сказочным, нереальным… Декорациями какого-то унылого фильма… Солнце еще только катилось к вершине горы на западе, но вокруг заметно похолодало, словно на дворе уже ночь. Мысли путались, перескакивая от одного на другое, а в голове вдруг зазвучали слова песенки-считалочки из далекого детства:

Фреди Крюггер? Но… Понимая, что происходит что-то не то, я потряс головой и вдруг понял, что стою в темноте! Именно стою и никуда не иду! Вокруг сплошные камни, неба не видно, а в воздухе ощутимо воняет трупами!

Резко обернувшись, увидел стоящих за спиной ребят, облегченно выдохнул, и вдруг откуда-то спереди донеслось эхо сдавленного мужского крика.

— Да что за херня тут творится?! — рявкнул я, оглядывая стены пещеры, в которую нас завел проводник. — Просыпаемся! Быстро!

Самого ублюдка нигде не было видно, но, да и хрен с ним! Главное — все живы и даже не ранены.

— А?! — Эйка вздрогнула от звуков моего голоса. Покачнулась, ошарашенно огляделась по сторонам и выругалась похлеще любого портового грузчика.

Нори с Иоши еще только приходили в себя, когда кицунэ зачем-то полоснула себя ножом по запястью, затем подвесила к потолку осветительный фонарь заклинания и с досадой произнесла:

— Тварь… я должна была догадаться, что он — аманодзяку. Если бы не эта поганая завеса…

— Ты про нашего проводника? — уточнил я, медленно обводя взглядом пещеру.

Очевидно, это тот самый рудник, который местные никак не могут найти. Вернее, его «прихожая».

Прямоугольное помещение с высоким потолком и неровными каменными стенами размерами не уступало спортивному залу.