– Это что за новости? – спросил он со смесью недоумения и тревоги. – Зачем ты наклоняешься вперед во время прыжка? Я ведь учил тебя совсем по-другому.

– Да, fráuja. Но, кажется, Велоксу так удобней: он может сильней отталкиваться задними ногами, когда я освобождаю их от своего веса. А еще ему очень помогает то, что я наклоняюсь вперед в определенный момент.

– Vái! – воскликнул Вайрд, трясясь в насмешливом изумлении. – В римской кавалерии две сотни лет подряд обучали новобранцев, как надо правильно прыгать, а ты за две недели придумал лучший способ! Считаешь себя самым умным, да?

– Нет, fráuja, ничего подобного. Но я каким-то образом чувствую, что так лучше: и для меня, и для Велокса.

– Vái! Ты и за коня говоришь тоже, eh? Может, твоим отцом был кентавр?

– Не смейся, но у меня каким-то невероятным образом возникло взаимопонимание с лошадью, такое же, как у меня всегда было с juika-bloth. Я и сам не могу объяснить, каким образом мы общаемся… нам не нужны слова…

Вайрд посмотрел на меня оценивающе, потом перевел взгляд на орла у меня на плече, затем на коня, на котором я сидел верхом. После чего пожал плечами и заявил:

– Ну, если тебе так удобней. И твоему Велоксу. Но только вам двоим. Будь я проклят и осужден на геенну огненную, если на старости лет изменю привычкам всей жизни.

Но на этом дело не кончилось: я еще раз бросил вызов незыблемым правилам Вайрда и его благоговению перед давно установившимися традициями в верховой езде. Однажды под его руководством я изображал сражение на коне, нанося удары своим коротким мечом различным врагам – кустам и деревьям. Велокс не слишком-то меня слушался: вовсю прыгал, резвился и пританцовывал.

– Вот так! – кричал Вайрд. – А теперь удар слева! Помни, ты можешь заставить своего коня совершить полный оборот вокруг себя на всем скаку! Крепче держись в седле, мальчишка! Давай, наноси удар сбоку! А теперь выходи из боя! Хорошо сделано, мальчишка!

– Было бы… гораздо проще, – сказал я, задыхаясь после своих упражнений, – если бы имелось какое-нибудь крепление… для ступней… чтобы помочь встать верхом…

– А для чего у тебя бедра! – воскликнул Вайрд. – Вот увидишь, они со временем удлинятся и окрепнут.

– И все-таки… – сказал я задумчиво. – Вот бы придумать какое-нибудь приспособление, чтобы ноги не болтались…

– С начала времен мужчины ездили верхом без всяких приспособлений и были вполне довольны. Хватит выдумывать, лучше постарайся стать хорошим наездником!

И снова я тренировался тайком, пытаясь кое-что изобрести. Я вспомнил, как ездил на старой тягловой кобыле вокруг гумна, сбивая молоко в масло. Тогда мои бедра были короткими и слабыми, но я удерживался на широкой спине животного благодаря тому, что подсовывал ноги с двух сторон под стропы короба с молоком. Ясно, что для боевого коня такой вариант не подходит, это выглядело бы нелепо, но если бы у меня имелось хоть что-нибудь, подо что засовывать ноги… И тут я вспомнил, как в Балсан-Хринкхен пользовался поясом, чтобы забираться на стволы гладких деревьев…

– Что теперь? – сварливо забрюзжал Вайрд, когда я, донельзя довольный собой, решил продемонстрировать ему свое новое изобретение. – Ты никак привязал себя к лошади?

– Не совсем, – ответил я с гордостью. – Видишь? Я взял три крепкие вьючные веревки и сплел из них одну очень толстую. Затем я обвязал ею Велокса, как раз возле ребер, так что она не будет съезжать назад, и завязал веревку не слишком туго, достаточно свободно, чтобы продеть под нее ступни с обеих сторон, – вот, смотри, fráuja! Когда я натягиваю веревку, она держит меня так же прочно, как если бы я сидел на стуле, доставая ногами до пола.