— Никогда, — заверил его Жижка, кивая лысой головой.

— Насколько мне известно, вы управляете денежными средствами ряда колледжей, — уточнил Крис.

— Совершенно справедливо, — сказал доктор Жижка. — Прежде я был профессором экономики в Мелвилл-колледже в Огайо. Профессура, которая пыталась вкладывать свои скромные, в общем, средства, в деловые предприятия, была недовольна тем, как велись дела, и мне предложили возглавить менеджмент. Со временем к нам присоединилось ещё несколько колледжей, и в результате я возглавил весьма солидный инвестиционный фонд, к которому примыкают всё новые и новые учреждения.

— И всеми своими делами вы управляете отсюда? — осведомился Крис, обозревая комнату, где на столе стоял всего один компьютер.

Жижка улыбнулся:

— Как вы понимаете, я уже не занимаюсь покупками и продажами лично. Я пользуюсь услугами посреднических фирм — таких, к примеру, как ваша. Я же принимаю, что называется, стратегические решения. Мне многого не надо, — добавил он, — главное для меня — покой и возможность почитать книжку.

Крис подумал, что покоя в инвестиционной деятельности как раз не бывает, и решил, что недооценил доктора Жижку, который довольно быстро вычислил, что фонд «Карпаты» находится в затруднительном положении. Тем не менее он сказал:

— Когда вы вкладывали свои средства в «Карпаты», вам казалось, что такое решение обеспечит вам желанный покой?

— Отчасти.

— Как прикажете это понимать?

— Очень просто. Желанный покой нам обеспечивала Ленка, руководившая фондом «Карпаты».

— Вы что же, давно знали её?

— Да. Именно с ней мы начали операции на фондовом рынке. И она зарекомендовала себя с самой лучшей стороны, хотя нам предлагали свои услуги даже такие киты, как «Блумфилд Вайс». Хотя я был, в принципе, мелким клиентом, Ленка не забывала присматривать за мной и давать мне ценные советы. Прибыли росли, и я со временем передал в её ведение все средства нашей фирмы. К тому же у нас было много общего — её отец, как и мой, родом из небольшого чешского города. Короче говоря, пока фондом «Карпаты» занималась Ленка, всё шло прекрасно.

Жижка подошёл к столу и снял очки с закруглёнными металлическими дужками.

— Весть о том, что произошло с ней в Праге, произвела на меня ужасное впечатление. — Он покачал головой, потёр руками покрасневшие глаза, после чего поднял их на Криса. — Ну так вот, — продолжил он, — поскольку наши успехи были связаны с Ленкой, я допускаю, что после её смерти всё может измениться к худшему, и считаю разумным отозвать свои средства из фонда «Карпаты». Я очень надеюсь на ваше понимание.

Крис, как ни странно, понимал мотивы, которыми руководствовался Жижка, но молчать не стал.

— Но ведь интеграция в Европе принимает все большие размеры, и вы, отзывая средства, лишаете себя тем самым отличной возможности зарабатывать деньги.

— Все это, конечно, так, — сказал Жижка, — но и осторожность не помешает.

Крис разразился небольшой прочувствованной речью о перспективах развития фондового рынка Центральной Европы, хотя и понимал, что все его слова ни к чему. Жижка доверял Ленке, вложил деньги в фонд «Карпаты» с её подачи и теперь, после её смерти, намерен отозвать свои средства. Какие бы золотые горы ни сулил сейчас Крис Жижке, он уже не откажется от своего решения.

Время между тем утекало. Обещанные Жижкой полчаса почти истекли. Крис поднялся с места.

— Спасибо, что выслушали меня, доктор Жижка.