Йен покачал головой. Эрик подозвал официанта и заказал кофе со сливками и круассаны.

— Как дела? — поинтересовался Эрик.

— Полное дерьмо, — сказал Йен и скривился, как от зубной боли.

— Выглядишь ты, прямо скажем, не очень, — произнёс Эрик, рассматривая помятое лицо приятеля. — Опять употребляешь?

— Было дело. Вчера, — сказал правду Йен. Врать Эрику не имело смысла и означало лишь ещё больше себя унизить.

— Ну не глупо ли? — сказал Эрик. — Нам сейчас как никогда нужна ясная голова.

— Что значит «не глупо ли»? — взорвался Йен. — Я поступаю так, как считаю нужным, и прошу это запомнить. Если мне не изменяет память, ты в своё время тоже был не дурак приложиться к этой дряни. Именно это и загнало нас в ловушку.

— Это было много лет назад. Вот уже десять лет, как я не притрагиваюсь к наркотикам, — спокойно сказал Эрик.

— Тебя послушать, так ты у нас прямо святой, — язвительно произнёс Йен. — К тому же ты позволяешь себе делать мне выговоры. Но я десять лет назад никого не убил. Я вообще никого не убивал — говорю тебе это на тот случай, если ты забыл!

— Ты не мог бы говорить потише? — с улыбкой осведомился Эрик.

— Какого чёрта тебе надо было убивать Ленку? — сказал Йен, понижая голос.

— У меня не было выбора. Она вот-вот заговорила бы. Сначала рассказала бы Маркусу, потом другим. Ты же знаешь Ленку: чтобы заставить её замолчать, существовало только одно средство.

— Зато теперь мы имеем у себя на хвосте Криса. И твою прежнюю подружку Меган. И Дункана, кстати, тоже. Это дело с каждым днём все больше выходит из-под контроля.

— Не совсем так, — спокойно сказал Эрик. — Сейчас я работаю над тем, чтобы все снова встало на свои места. И запомни — если бы ты не сказал Ленке об Алексе, ничего бы и не случилось.

Йен поник головой. Что там ни говори, Эрик прав. Йену вспомнилась ночь, когда его неожиданно потянуло на откровения. Было очень поздно, и они с Ленкой находились у неё на квартире. Сначала они занимались сексом, а потом, когда они лежали, расслабленные, на постели, перебрасываясь ничего не значащими фразами, Ленка рассказала ему про разговор с Маркусом, который в тот день ворвался в её офис. Йен, по обыкновению, находился под воздействием кокаина, голова у него работала плохо, и он выболтал Ленке то, что все эти десять лет хранил в тайне. Ухмыльнувшись, он заявил, что если Маркус полагает, будто Алекса убил Дункан, то это просто смешно. Эти слова насторожили Ленку, и она насела на Йена с расспросами. Йен попытался отшутиться, сказал, что это он так, по глупости брякнул, но Ленка устроила Йену форменный допрос, и он «раскололся». Быть может, ещё и потому, что ему давно уже хотелось рассказать об этом случае, просто подходящий человек не попадался. Йен поведал Ленке, что собственными глазами видел, как Эрик утопил Алекса. Ленка мгновенно вспылила, накричала на Йена, и не прошло и десяти минут, как он бродил рядом с её домом, высматривая свободное такси.

Ленка пообещала Йену, что обязательно расскажет обо всём Маркусу. Йен передал её слова Эрику. После этого прошло совсем немного времени, и Ленки не стало.

— Дела наши хуже некуда, — сказал Йен. — Но поднимать лишний шум и привлекать к себе внимание тоже не стоит.

— Ты прав, — сказал Эрик. — Поэтому считаю, что тебе и впредь следует хранить молчание. Как бы ни сложились обстоятельства. Впрочем, ты и без меня знаешь, что с тобой произойдёт, если ты снова распустишь язык.