– Сперва надо его взять, товарищ командир, – усмехнулся Белецкий. – Махарадзе – тот еще фрукт. Что, если он просек, что братишка его любовницы – милицейский агент?

 – Каким образом? – пожал плечами майор. – О том, что парень постукивает нам на Гочу, знали до сегодняшнего дня только я и… – Безукладников замялся, – и Кирилленко. Да-а… А ты, оказывается, соображаешь быстрее меня. Только вряд ли все именно так. Полковнику незачем было меня подставлять. Разве что сегодня у него появилось такое желание… Впрочем, осуществить его, находясь в камере-одиночке на Литейном, не так-то просто.

 – Как будем действовать? – спросил Белецкий, поправляя висевший на плече короткоствольный автомат.

 – Остановимся недалеко от нужного места и попробуем взять в кольцо точку моей предполагаемой встречи с Исаевым. Я не думаю, что есть особые причины волноваться, но осторожность, конечно, не помешает. Если все нормально – я дам знак рукой. Дальше сориентируемся. А ты можешь предложить что-то другое?

 – Наверное, нет, – покачал головой лейтенант и, взглянув сквозь стекло микроавтобуса, произнес: – Похоже, приехали…

 – Да, почти… – Безукладников полминуты наблюдал, как сидевшие в автобусе бойцы натягивают на лица тонкие эластичные маски с прорезями для глаз и рта, а потом скомандовал водителю: – Останови здесь, Юра!

 Первым рванувшись к дверце, майор на ходу бросил:

 – Петр, Олег – командуйте! Я пошел, повидаю… нашего друга…

 Бойцы спецотряда за считанные секунды покинули «рафик» и растворились в темноте. Вслед за ними, погасив фары, скрылись в зияющей черной арке микроавтобус и «уазик».

 Безукладников снял автомат с предохранителя и бесшумно, словно кошка, стал пробираться вдоль стены массивного сталинского дома к небольшому скверу, находившемуся в дальнем углу двора. Справа от майора, заливая окружающее пространство неоновым светом, мерцала всеми цветами радуги реклама ночного клуба «Зевс». На асфальтированной площадке перед входом стояло больше десятка автомобилей – за исключением двух «Жигулей», сплошь дорогие иномарки. Возле широких стеклянных дверей курили, о чем-то тихо переговариваясь, одетые в длинные кожаные куртки крепкие ребята-охранники.

 Безукладников, вжавшись в стену, под прикрытием отбрасываемой домом тени миновал освещенный участок просторного двора и скрылся за пышными кустами сирени. Он знал, что за ним с двух сторон пристально наблюдают в приборы ночного видения Гаников и Белецкий. Не догадывался он лишь о том, что точно таким же, только гораздо более мощным и портативным прибором оснащена снайперская винтовка, ствол которой плавно перемещался, следуя за движущейся фигурой майора. В эту минуту неприметный худощавый мужчина в спортивном костюме, один из самых высокооплачиваемых наемных убийц не только Питера, но и всей России, стоял у окна на лестничной клетке расположенного прямо напротив сквера темного подъезда и, держа командира СОБРа в перекрестье электронно-лазерного прицела, терпеливо ждал, когда придет время нажать на спуск и вогнать в голову жертвы пулю со смещенным центром тяжести…

 Сидевшего под детским «грибочком» рядом с песочницей Исаева Безукладников заметил не сразу. Лишь боковым зрением – в темноте, как известно, боковое зрение острее, чем прямое, – майор уловил какое-то движение и обратил внимание на тень, плотно прижавшуюся к столбу, на котором держалась крыша «грибка». А когда ночной мрак неожиданно разорвала вспышка зажигалки, майор, уже не таясь, быстрым шагом направился к находившемуся в десяти метрах от него человеку.