Loading...
Изменить размер шрифта - +
Козиной нет необходимости глубоко копать, ей вполне хватит той информации, которая плавает на поверхности. Куда ткнется обычный человек, желая узнать что‑то о коллеге по работе или соседе? «Фейсбук», «ВКонтакте», «Одноклассники», «Твиттер»… У Егора везде открыты странички, там фото его платьев, общение с приятелями. Еще мы сделали ему сайт, где «модельер» представляет свои работы. А в Твиттере он ведет переписку с секретарями нескольких обеспеченных и знаменитых людей, пытается найти себе спонсора. Галерейщица увидит активность Бочкина в соцсетях, и ей даже в голову не придет, что парень полицейский.

– Ты ему глаза накрась, – посоветовал Николай Михайлович. – Меня жена один раз на показ мод затащила, так там главный дизайнер весь нарумяненный был, с серьгами и браслетами.

– А с тобой совсем просто. У тебя ни одного темного пятна в биографии, никаких связей с криминальным миром, ты действительно визажист и чиста, как слеза младенца, – договорил Вадим Олегович.

Я вдруг вспомнила Филиппа Корсакова[2] и ощутила прилив тоски. Более мы никогда не встретимся. Интересно, как бы отреагировал Фил, услышав предложение Панова и Дергачева? В ушах прозвучал приятный баритон: «Степа, не лезь туда, куда тебя тянут! Ты уже наступила на эти грабли!»

– Уже один раз я наступила на эти грабли, – повторила я последнюю фразу вслух. – Ситуация была прямо как ваша. Якименко решил внедрить в театр «Небеса» своего сотрудника Михаила, попросив представить его в качестве моего жениха‑стилиста и приглядеть за Невзоровым.

– Мы знаем эту историю, – кивнул Николай Михайлович.

– Дважды в одном болоте не плавают, – отрезала я. – В тот раз дело закончилось так плохо, что я до сих пор вздрагиваю, вспоминая.

– Помоги нам, а мы потом поможем тебе, – пообещал Вадим Олегович.

– Вот спасибо! – язвительно воскликнула я. – Надеюсь, мне никогда не понадобятся услуги особого отдела, занимающегося поимкой маньяков. Нет, даже если украсите ручку грабель бриллиантами «Шах» и «Голубой орел», я не стану во второй раз наступать на них.

Не добившись моего согласия, Панов с Дергачевым отправились прямиком к Звягину. А потом Роман Глебович позвал меня к себе домой на ужин и неожиданно признался.

– У нас неприятности – на «Бак» наезжает налоговая инспекция. Уверен, что все в конце концов образуется, но нервов попортят изрядно, и денег фирма на улаживание конфликта выложит немало. Если же ты согласишься помочь Панову и компании, то нас прямо завтра оставят в покое. Я не имею права просить тебя о такой услуге, но тем не менее рассказываю, как обстоят дела. Кстати! Если ты решишь посотрудничать временно с полицией, введу тебя в состав Совета директоров, создам должность вице‑президента по макияжу. Соответственно вырастет твой оклад и укрепится влияние в фэшн‑мире.

– Ну, тогда все окончательно убедятся, что я сплю с владельцем фирмы «Бак», – вырвалось у меня. – Ведь история про налоги и поимку убийцы не подлежит разглашению.

Роман рассмеялся.

– И что? Пусть болтают. Я недавно развелся, теперь холост, еще не пенсионер. Ты не замужем. Что плохого в нашем несуществующем романе?

– Ничего, – вздохнула я. – Но немного обидно, когда твое заслуженное продвижение по службе считают результатом постельных игр.

Быстрый переход