— Похоже, ты много путешествовала.

— Да, — подтвердила Мак. — Я уже так привыкла к кочевому образу жизни, что перестала замечать связанные с этим неудобства. Тут на днях я подумала о том, что в своей взрослой жизни не жила ни в одной стране дольше двенадцати месяцев. Так что в Австралии я, можно сказать, задержалась. — Мак вдруг осознала, что рассказывает Буги историю своей жизни, хотя вовсе не собиралась затрагивать эту тему. — А откуда у тебя такое странное имя, Буги? В тебе есть что-то от домового? Или это как-то связано с игрой в гольф?

Он удивленно поднял бровь, и Мак вспомнила, хотя и слишком поздно, что не все любят, когда их имена переводят с помощью словаря.

— К гольфу это не имеет никакого отношения. Просто мое настоящее имя Хэмфри. Хэмфри Мортимер. — Он произнес свое имя тихо и, как ей показалось, слишком быстро.

— А, Хэмфри. Кстати, Хэмфри Мортимер звучит не так уж плохо, — сказала Мак с уверенностью, пытаясь приободрить молодого мужчину. — Ничем не хуже, чем Макейди Вандеруолл. Думаю, Хэмфри Богарт совсем не страдал из-за своего имени. Я обожаю этого актера. У меня много его черно-белых фотографий…

— Да?

Они добрались до Лонсдейл-стрит.

Ну, вот и все.

Мак увидела огромную неоновую вывеску клуба для джентльменов «Сандерболл». Двери клуба бесстыдно открывались прямо на улицу, полную адвокатских контор, как и говорила Марун. Здания Верховного суда и Суда магистратов казались случайно выброшенными на дорогу каменными глыбами. Странное место для мужского клуба. Мак подозревала, что добрую половину почетных гостей заведения составляют представители адвокатского сообщества. Может, хозяину от этого была какая-то польза.

— Ну, мм… я выйду здесь. Спасибо, что подбросил, — сказала Мак, сожалея о том, что пришла пора прощаться.

Буги припарковал машину у тротуара и заглушил мотор. Мак открыла дверь, внутренне напрягшись. Почему он заглушил мотор? Что он собирается делать?

— Ты в клуб? — спросил Буги после паузы.

Мак кивнула, не глядя в его сторону. Она, стараясь выглядеть как можно более непринужденно, подхватила свою сумочку и обернулась, чтобы попрощаться. И в тот же момент их взгляды снова встретились, как тогда, у Дрейсона, только на этот раз она увидела в его глазах тревогу.

Он отвернулся и сжал руками рулевое колесо.

— Меня немного беспокоит, что ты идешь туда одна.

Мак испытала облегчение, убедившись в том, что мотор Буги заглушил только потому, что беспокоился об ее безопасности, а вовсе не из соображений сексуального характера. Она рассмеялась. Мысли, навеянные гормональным всплеском, оказывается, были только у нее.

— Я бывала в разных местах, — проговорила Мак. — Если честно, стриптизом меня не удивишь.

Незнакомец, он не мог знать, что ей пришлось испытать в своей жизни. В сравнении с этим поход в мужской клуб был детской шалостью.

— Я — сыщик. И где только не приходится работать. Но работаю я в одиночку.

Мак, конечно, немного привирала — в частном сыске она была новичком и по делам службы никогда не бывала в стриптиз-клубах. Но Буги об этом знать не следовало. Да и опасения его были напрасными.

— Все равно, — решительно сказал он. — Я подожду тебя здесь, в машине. Вдруг с тобой что-нибудь случится.

Мак не нашлась с ответом: она не предполагала такого поворота.

— Ты хочешь дождаться меня? — с удивлением спросила она. — Ты серьезно?

— Я буду стоять здесь, — настаивал Буги.