Часом позже, с сумкой оппонента за спиной, агент направился вниз с холма. Было относительно мало времени и главная цель была еще жива.

К тому времени, как 47ой добрался до вершины холма позади особняка, было уже около трех часов ночи. Подходящее время для убийства. Задание состояло в том, чтобы усыпить собаку, если потребуется, проскользнуть в дом по той же самой дороге и подождать до утра. К тому времени, как агент был на полпути к особняку, стало ясно — все изменилось.

Судя по яркому свету, который виднелся через листву, во всех комнатах были зажжены люстры. А когда 47ой подошел ближе, он увидел шесть охранников в форме, патрулирующих парк рядом с домом, вместо обычных двух. К тому же больше собак было выпущено, и с уверенностью можно было сказать, что все камеры наблюдения работали.

Агент предвидел некоторую реакцию Торакиса, но ничего похожего на то, что он видел сейчас. Не имея другого выбора, он вернулся на холм. Через добрые полчаса агент добрался до отеля и пробрался внутрь через заднюю дверь. Он пошел прямо в номер Прутера, вошел, используя ключ немца, в комнату и начал обыскивать личные вещи убийцы.

Затем, выбрав хорошо сшитый серый костюм вместе с некоторыми другими вещами, 47ой вернулся в номер Тазио Скапарелли, где решил принять душ и приняться за разработку плана «В». Первым делом нужно было позвонить Диане, рассказать об изменении плана и попросить хоть какой-нибудь помощи.

Второй шаг заключался в том, чтобы отложить все, что потребуется для завтрашнего дня, а остальное убрать в большой чемодан Скапарелли. Сюда вошло: накладной живот, парик, одежда Скапарелли, пистолет Хольм, сумка Прутера и многие другие мелочи. Затем, оглядев комнату еще раз и убедившись, что ничто не упущено, он прилег вздремнуть.

Как обычно глаза 47ого открылись ровно в 6:00. Самое время для финального аккорда во всей этой истории. Он поднялся, взял пистолет и пошел умываться. Через двенадцать минут он был выбрит, одет и готов к новому дню.

Костюм Прутера был слегка великоват, но шел 47ому, даже не смотря на то, что был темно-серого цвета, а не классического черного.

За номер было заплачено вперед, поэтому не было необходимости что-то проверять.

Агент вынес тяжелый чемодан Скапарелли и черную кожаную сумку Прутера вниз по пожарной лестнице через дверь, в которую он вошел прошлой ночью. Вскоре кто-нибудь обязательно найдет тело женщины — а 47ой хотел покинуть отель до того, как все сюда прибудет полиция.

Вместо того чтобы выкинуть чемодан рядом с отелем, где полиция сможет найти его, тайный агент отнес сумку к «Бон Аппети». Ресторан еще был закрыт, но мусорный контейнер — открыт, и учитывая как сильно он вонял, вряд ли кто-нибудь полезет внутрь. Чемодан был сброшен внутрь, крышка контейнера опущена, а работа по зачистке следов — выполнена.

Отсюда было недалеко до оживленной булочной, где у агента был долгий неспешный завтрак. И хотя пища была не совсем по его стандартам, это было всяко лучше, чем совсем ничего. Затем, примерно в 10:30, он сел в такси. Человек, за которого он выдавал себя, приехал бы на такси, а такие детали были важны. И если таксист посчитал короткую поездку странной, он не подал виду, когда агент передал плату и попросил оставить сдачу себе.

Трое фотографов, включая Тони Фазио, уже были на месте, когда 47ой вышел из такси. Все они внимательно следили, как мужчина с черным кейсом вышел из машины и подошел к парадному входу. Дополнительную охрану хорошо было видно, а суета внутри указывала на то, что Торакис вероятно собирался покинуть Синтру. Хотя это бы не потрясло мир, достаточно было сделать пару снимков, и журналистам было бы что предоставить своим редакторам.

Когда Агент 47 подошел к главным воротам, охранник уже вышел.