2

Автомобиль остановился, и я разглядел в салоне двоих. Крепкие русоволосые мужчины средних лет, постарше меня. По внешнему виду спокойные, но готовые к любым неожиданностям. Оба в одинаковых горках и разгрузках, вооружены АКС с подствольниками.

«Разведка или спецназ», — подумал я.

— Чего надо? — через открытое окно меня окликнул водитель, а пассажир вышел из машины, как бы невзначай направил автомат на меня и постоянно бросал косые взгляды на зеленку.

— Мужики, подкиньте до Донецка. — Я добродушно улыбнулся и добавил: — От своих отстал.

— Ты из какого отряда?

— Дружковский гарнизон.

— Ранили здесь?

— Ага. На дороге обстрел был, и меня слегка зацепило.

— Сам откуда?

— Из России. Подмосковье.

— Земляк, значит. Паспорт есть?

— Да.

— Давно здесь?

— Пятый день.

— Немного. Позывной какой?

— Нет у меня позывного. Зовут Олег. Фамилия Курбатов.

— Здесь что делал?

— С местными на блокпосту стоял. Они свалили, а я остался. Ночью у девки зависал. Вот и проспал.

— Бывает. — Водитель посмотрел на второго воина и спросил: — Челбас, возьмем парня?

Пассажир смерил меня оценивающим взглядом и кивнул:

— Возьмем. Только сначала паспорт пусть покажет.

Я отдал ему документ, он пролистнул пару страниц и кивнул на машину:

— Прыгай на заднее сиденье. Там рюкзаки и РПГ, в сторону отодвинь. В Донецк с нами не попадешь, но до Горловки тебя подкинем.

— Понял.

Через пару минут мы покинули блокпост и проехали притихшую в ожидании карателей Дружковку. В дороге поближе познакомились, и я узнал, что Челбас и Ворон (так звали водителя) добровольцы из России. Они давние друзья и профессиональные воины. Один служил в ВДВ, другой в спецназе, и здесь товарищи второй месяц. Нелегально перешли границу и добрались до Донецка, где вступили в один из многочисленных отрядов ополчения. Там не прижились, не поладили с командиром, но обзавелись машиной и оружием, которое купили за свои деньги у продажных украинских тыловиков. Пару дней назад отправились в Краматорск, чтобы реально повоевать и поквитаться с бандеровцами за Одессу, где в Доме профсоюзов сожгли пророссийских активистов. Однако местный главнокомандующий с позывным Стрелок принял решение отступать и оставляет укровермахту пять городов: Славянск, Краматорск, Дружковку, Константиновку и Артемовск.

Что делать дальше, добровольцы особо не задумывались. За полтора месяца они ни разу не были в реальном бою, а в Донецке им не нравилось. Слишком много хаоса и неразберихи, анархии и дурости. Поэтому друзья-экстремалы, которым по большому счету все равно кого валить, главное — за Россию, решили на время остановиться в Горловке, а потом двигаться в сторону Луганска. Пока планы такие. А я их слушал, запоминал названия отрядов, позывные и фамилии лидеров, а когда меня спрашивали, отвечал уклончиво. Да, стоял на блокпосту. Да, оружие получил здесь. Да, по особому блату и за отдельную плату, потому что у местных с огнестрелами туго. Да, приехал защищать Новороссию. Да, большого боевого опыта нет, но горю желанием биться за правое дело. Этих ответов хватало, и все бы ничего, но у нас начались неприятности.

От Константиновки, по совету местного жителя, мы свернули не туда, куда нужно. Проскочили Часов Яр и оказались в какой-то глуши. Связь работала с перебоями, и запустить навигатор не получилось. С трудом нашли, у кого спросить дорогу, и почти выбрались к Артемовску, но тут сломалась машина.

Ворон пытался починить «ниву».