— Готова?

Лукас начал развязывать узел у меня на затылке. От нетерпения я подпрыгивала на месте. Наконец шарф упал. Мы стояли перед музеем… нет, не просто музеем.

— Институт Франклина, — медленно произнесла я. — Планетарий!

Лукас улыбнулся:

— Я подумал, что тебе понравится.

— Я в восторге!

Мой телескоп пропал во время пожара в школе, а переезжая из города в город, я много месяцев не имела возможности посмотреть на звезды, и мне этого отчаянно не хватало. В общем, это был лучший подарок на свете, и я ужасно радовалась, что Лукас об этом подумал.

Мы вошли и немного побродили внутри, дожидаясь следующего представления, пролезли сквозь гигантскую модель человеческого сердца, стучавшего так громко, что мы расхохотались. Но когда мы вошли в сам планетарий, это было не сравнимо ни с чем.

Я обожаю планетарии. Они большие и прохладные, с куполообразными потолками, и напоминают мне о существовании чего-то по-настоящему бесконечного, по-настоящему прекрасного. Я всегда предполагала, что так чувствуют себя верующие в церкви.

Мы с Лукасом сели. Я только хотела указать ему на смешную футболку в толпе, как он произнес:

— Лучше сделать это сейчас, пока не выключили свет.

— Сделать что?

Он вытащил из кармана красивый браслет из красных кораллов. Я уставилась на него, а Лукас сказал:

— Тебе нравится? Я не знал, что именно тебе подарить, поэтому решил купить что-нибудь похожее на ту брошь.

— Он потрясающий! — Резьба на браслете была еще более изящной, чем на моей гагатовой броши. На серебряных звеньях, соединяющих коралловые овалы, колыхались китайские драконы. Мне ужасно хотелось нацепить его на руку, но я не могла не сказать: — Слушай, Лукас, я от него в восторге, но…

— Даже слышать не хочу про деньги, — отрезал Лукас. Я верну ребятам все до последнего цента, и плевать, сколько времени это займет. Ты моя девушка, и это подарок тебе на день рождения. Ты его заслужила.

Снова его гордыня, но не только она. Я больше не могла спорить, просто крепко обняла его. Он надел браслет мне на запястье.

— Ну вот. — Голос его звучал хрипло. — С днем рождения.

— Я люблю тебя.

— И я тебя люблю.

Свет погас, в «небе» над головой вспыхнули тысячи звезд. Мы откинулись на спинки сидений, Лукас крепко сжал мою руку, а лектор начал рассказывать о сверхновых звездах. Кораллы и серебро обвивали мое запястье, тяжелые и прохладные. Мне уже казалось, что это не просто вещь, которой я владею, а часть меня. Талисман. Связующее звено между мной и Лукасом, такое же как брошь.

«Он хочет обо мне заботиться, — думала я. — Он хочет оберегать меня любой ценой».

Ложь больше не сможет меня защитить.

С моей стороны неправильно ждать от Лукаса защиты — полагаться на то, что он один будет справляться с нашими трудностями, рассчитывать, что он станет снабжать меня кровью. И еще более неправильно то, что я прячусь за очередной ложью. Лукас заслуживает правды.

У нас над головой появилось увеличенное изображение звезды, гиганта, завершающего свое существование. Звезда светилась красным, темнее, чем кровь,

а ее газообразная поверхность вздымалась волнами, как море во время шторма.

— Лукас, — прошептала я, сильно понизив голос, чтобы не мешать никому вокруг. — Я должна тебе кое-что рассказать.

Он повернул ко мне голову. Умирающая звезда наверху окрасила его лицо в темно-красный цвет.

— Что?

— Когда я упала в обморок… на охоте… это было не в первый раз.

Звезда превратилась в сверхновую, вырвавшись наружу эффектной вспышкой белого света.