Наташа попробовала было заикнуться, что на это все, наверное, не хватило его двадцати окладов.

— Конечно, — усмехнулся муж. — Я получил аванс.

Он стал работать в фирме, которая официально называлась «Бойко-маркет». Официально, потому что Наташа подозревала: ее глава, Александр Игнатович Бойко, занимался совсем другими делами.

Но Наташа не вникала. Она вообще старалась не вмешиваться в дела мужа, потому что однажды, когда у него был серьезный конфликт с начальством — ей сказали об этом приятельницы, офицерские жены, — она попыталась поговорить с ним по душам, дать совет, опять же не по своему разумению, а как советовали подруги. Но муж на нее лишь свирепо прикрикнул. Впервые за их совместную жизнь. Потому Наташа замолчала и зареклась впредь лезть не в свое дело. Чего ей еще надо? Муж не пьет, деньги приносит домой, по бабам не шляется. За много лет совместной жизни он ни разу не заставил ее пожалеть о том, что когда-то она вышла за него замуж.

И с ее стороны это такая небольшая уступка: умерить свое любопытство и не лезть с советами, которые может давать лишь с чьей-то подачи. Вообще получалось, что она как бы подозревала своего мужа в неспособности самостоятельно принять верное решение. Если бы он не умел этого делать, вряд ли ему бы доверили командовать полком.

Примерно через полгода после их выхода в запас денег у Наташи было столько, что она не знала, куда их девать.

Муж посоветовал ей закончить курсы вождения, и через месяц учебы она успешно сдала экзамены, после чего получила в подарок от мужа «ситроен» с автоматической коробкой передач. Наташа полюбила ездить на машине по делам. В их городке особо некуда было ехать. Поэтому она ездила за тридцать километров в село, к знакомой старушке, у которой покупала молоко, творог и сливки.

Наташе даже нравилось вставать затемно и ехать за парным молоком, а потом поить им мужа на светлой, шикарной кухне и готовить всякие изыски.

Она расцветала, когда муж ее хвалил:

— Молодец, вкусно готовишь.

Наташа написала на прежнее место службы бывшей подруге Люське, попросила разрешения опубликовать в своей кулинарной книге некоторые ее рецепты.

Вообще-то рукопись кулинарной книги она уже отдала в областное издательство и упомянула в предисловии Люськину фамилию, но все равно согласие подруги считала нужным получить. Впрочем, та, конечно, согласилась и даже посетовала, что сама об этом не догадалась.

Книга вышла тиражом пять тысяч экземпляров, потом издательство сообщило, что собирается ее переиздать.

В общем, Наташа в очередной раз убедилась, что деньги идут к деньгам — за книгу ей прилично заплатили.

Издание книги придало Наташе уверенности. Ей больше не хотелось просто сидеть дома.

— Наша писательница! — посмеивался над ней муж. — Теперь роман станешь писать?

Но к писательству ее вовсе не тянуло. Кулинарная книга стала как бы венцом ее прежней жизни — ведения хозяйства. Выход книги означал конец прежней жизни. И она отодвинула ее от себя. Потому что теперь у нее появилась идея организовать частный детский садик.

Детские сады в городе закрывались один за другим, и далеко не все женщины охотно усаживались дома, вынужденные отказаться от любимой работы.

Она купила небольшое подворье. Муж, несколько поколебавшись, в конце концов ее идею одобрил и деньгами помог.

Она носилась по городу на своей машине, возила на ней краску, обои, потом купила прицеп, потому что места в багажнике и на крыше стало не хватать, и возила уже доски, паркет и даже новые окна, когда по какой-то причине подвезти материал ей не могли.