И вдруг в их внутреннем канале связи раздался чужой голос:

- Не нужно его никуда грузить... Очень жаль, мистер Кормак, что в самом конце всей этой авантюры вы внезапно поумнели... Нужно было вам просто забрать "Лисынман" и свалить домой - и всё окончилось бы хорошо - для меня и для вас. А теперь - увы!

Мадзинга, перехватив пулемет, осматривался, Заморро бросил тело пирата и стучал по разряженной батарее плазмомета, Карлос водил туда-сюда стволом стрелкового комплекса, пытаясь вычислить неведомого врага.

А он особенно и не скрывался. Вышел из туннеля - того самого, по которому прибыла мангруппа "Одиссея". Серый пангейский бронескафандр, точь-в точь такой же, какой купил в свое время Гай у Вестингауза-старшего, затемненное забрало и раскрытая панель навороченного ПК на левом предплечьи. Шагал спокойно, уверенно, как будто направлялся в магазин за покупками. За его спиной замерли несколько черных скафандров - набивших оскомину роботизированных пустышек.

Гай вскинул "Бур" и прицелился - ничего еще было не потеряно! Что такое два десятка этих болванов?

- Нет-нет, - поцокал языком человек в сером скафандре. - Бросьте вы это дело.

Он что-то нажал в своем ПК и Гай почувствовал сначала мощный удар током - а потом ощутил, как его броня, тот самый тип52 из сектра Чайниш, вдруг костенеет и сковывает его по рукам и ногам. "Бур" упал на землю, ноги подкосились и парень, не удержав равновесия, рухнул рядом. Такими же истуканами попадали и Карлос, и Заморро с Мадзингой.

- Мне вправду жаль - вы так хорошо вписывались в картину, так здорово разворошили это осиное гнездо... А вам, мистер Кормак, я даже благодарен - косвенно именно вы являетесь причиной моего успеха, я можно сказать вдохновлялся вашими свершениями и волей к жизни... Подлостью с моей стороны было бы убивать вас в очередной раз. Правда, на остальных мне наплевать. Сдохнете под завалами - ну и черт с вами. Хватайте этого! - серый указал пальцем на Гая, и черные скафы поволокли его за ноги, особенно не заботясь о целости и сохранности пленника.

- Ах, так он еще в сознании! Я же говорю - удивительная воля к жизни! - услышал Гай Кормак, и, прежде чем он успел подумать - почему интонация показалась ему знакомой, новый разряд тока отправил его в небытие.

КОНЕЦ ВТОРОЙ КНИГИ