Светлый не сразу понял, что стоит, почти не дыша, и неотрывно смотрит на ее лицо, будто пораженный неведомой магией. Не сразу осознал себя замешкавшимся в тот самый момент, когда оказался уязвим. Он будто выпал на мгновение из реальности. А когда опомнился, то обнаружил опасную соперницу всего в двух шагах — летящую в гигантском, потрясающе быстром и просто невероятном прыжке. Хищно оскалившуюся и целящуюся внезапно отросшими ногтями ему точно в горло. Свирепую, полную сил, угрожающе близко подобравшуюся к тому, кого сейчас ненавидела всей душой.

Танарис успел только вскрикнуть от внезапного понимания и потянуться к поясу с ножнами. Зло выдохнул активирующее заклятие для охранного контура, чтобы хотя бы смертью пленников подпортить грядущий триумф двуличной девки, которой не следовало доверять. С удовлетворением услышал болезненный вскрик, перешедший в настоящий вопль. Мстительно подумал, что все-таки переиграл ее, а затем вздрогнул от удара в грудь, услышал хруст ломающихся ребер и легкий хлопок от несработавшего магического щита. И с поразительной легкостью оказался отброшен сразу на десяток шагов.

Мгновение короткого и страшного полета эльф даже не почувствовал. Он только глаза ее видел, которые, казалось, заполнили собой весь мир. Огромные, бешено горящие глаза, в которых вместо привычного ясного неба горело зеленое пламя ненависти. Всего доля секунды, и целый мир сжался для него до этих изумрудных огней, а затем потонул в бесконечном океане боли, которая заживо пожирала его изнутри.

Белка, с хрустом проломив его грудь и впечатав глубоко в землю, нашарила свободной рукой холодную ладонь и безжалостно содрала родовой перстень с голубым бриллиантом, который и стиснула в кулаке, одновременно следя за гаснущими зрачками бессмертного. Какое-то время смотрела ему прямо в лицо, ожидая подвоха и даже того, что светлый гад внезапно воскреснет. Хрипло дышала, сжимая ногами изуродованное тело, ломая родовой перстень и забирая его бессмертие. Наконец выхватила из его ослабевших пальцев тот самый нож из аконита и с размаху вогнала прямо в сердце, чтобы уже больше не было проблем и недоразумений.

— Вот так, — устало прошептала Гончая, когда эльф окончательно обмяк. — Как говорится, хороший эльф — мертвый эльф… Всегда любила шутки нашего славного короля Миррда. Правда, только сейчас понимаю всю глубину его странного юмора. Надеюсь, ты тоже… тупица!

— Белка! — ахнули у нее за спиной сразу несколько голосов.

Гончая неловко сползла на землю, вытащив из трупа бесценный клинок. Мстительно пнула Танариса в бок. Убедилась, что поквиталась окончательно, а затем измученно привалилась к ближайшему дереву и, подтянув ноги к груди, слабо улыбнулась. Спешно выпутывающиеся из веревок друзья со злым восхищением смотрели на нее и как всегда бормотали какие-то глупости.

— Ну Белка…

— Ну ты даешь…

— Это ж надо было так сыграть!

— Здорово я вас надула? А? — слабо улыбнулась она.

— Бел, я тебя убью! — с чувством простонал Весельчак, растирая онемевшие конечности. — Честное слово, расцелую, а потом убью… это ж надо было так истрепать мои несчастные нервы!

— Целовать меня — смертельно опасно, — совсем неслышно шепнула она, устало откинув голову назад. — Ты и минуты не продержишься.