— Уже нет, миссис Эндрюс-Ватсон. С завтрашнего дня с девяти часов утра вы уволены.

— Как мило с вашей стороны позволить мне остаться на ночь. Или ваше великодушие основано на расчете: желаете до моего ухода получить первоклассный завтрак на десять персон? — язвительно поинтересовалась Элла.

— Поскольку по вашей милости мои гости остались без обеда, естественно, вам придется приготовить завтрак.

— Неужели?

Голова Флисс дернулась.

— Для человека, только что потерявшего работу, вы на удивление самоуверенны. Дорогуша, не забывайте о рекомендациях, выходном пособии и о жалованье за последние четыре недели.

— Которое вы собираетесь задержать?

— Может, да, а может, и нет. — Губы Флисс сложились в некое подобие мстительной улыбки. — Скажем так: это зависит от обстоятельств.

— От завтрака? — недоверчиво переспросила Элла.

— Вот именно, от завтрака.

Элла с трудом удержалась от улыбки: не все так просто, Флисс нужно поддерживать имидж, а ее образ хозяйки дома и так уже несколько поблек. Невозможно представить ее на кухне, в переднике, готовящую завтрак. Но угроза Флисс — чистый блеф, поскольку заработанные деньги по закону принадлежат Элле и она их все равно получит.

Не говоря ни слова, Элла деловито прошла к столику, стоявшему в нише у окна, достала отрывной блокнот и ручку. Затем все так же молча пролистала ежедневник. Не прошло и двадцати секунд, как она нашла нужный номер телефона, записала его, вырвала страничку и протянула озадаченной Флисс.

— Вот номер телефона фирмы, занимающейся приготовлением еды на заказ. Мы нанимали их для съезда фотографов. Советую позвонить им.

— Не понимаю, с какой стати?

Элла улыбнулась.

— Ничего, поймете. — И уже направляясь в спальню, закончила елейным голоском: — Спокойной ночи, мисс Фоксвуд. Увидимся утром… может быть.

Флисс бросилась за Эллой.

— Вы не посмеете! — прошипела она, хватая Эллу за руку. Кроваво-красные ногти больно впились в кожу. — Не смейте уходить, я еще не закончила!

— Возможно. Зато я закончила.

Гнев, который Элле пока удавалось обуздывать, грозил вырваться из-под контроля. Она перевела взгляд с искаженного злобой лица Флисс на пальцы, все еще сжимающие ее руку, и обратно. Ей бросилось в глаза кольцо с огромным изумрудом. Айан почему-то считал, что Флисс не способна удержать Джека, однако Элла видела перед собой весьма осязаемое доказательство его любви к этой женщине. Боль, причиненная только что сделанным открытием, лишь подогрела ее гнев, и Элле стало еще труднее сдерживаться.

— Я достаточно вас слушала, даже больше, чем достаточно! — Элла рывком освободила руку. — Вы так часто меня увольняли, мадам, что теперь мне уже безразлично, что вы еще скажете. Я вам не рабыня и ни чем вам не обязана. Как я уже сказала, увидимся утром — если я не передумаю.

— Ах ты дрянь! Ты не можешь так уйти, слышишь! Я тебя не отпущу!

Элла почувствовала новый приступ тошноты, но все же остановилась, повернулась к Флисс и вопросительно вскинула брови.

— Мадам, хотите один совет? В будущем лучше предоставьте Айану нанимать и увольнять работников. Или Джеку. Разумеется, при условии что он окажется так глуп, что женится на вас…

Фелисити с размаху ударила ее по щеке. В тишине звук пощечины прозвучал как выстрел. Элла покачнулась, стены комнаты поплыли у нее перед глазами, она из последних сил боролась со слабостью, но темнота обступила со всех сторон, грозя поглотить ее. Элла поняла, что падает, проваливается в бездонную пропасть.

Вдруг цепкие руки, сопротивляться которым у нее уже не было сил, схватили ее за плечи и усадили в кресло.