— Да, мадам? — вежливо спросила Элла. Она почувствовала себя неловко, обостренно сознавая, что по-прежнему опирается на руку Стивена. Но в следующий миг ее вдруг разобрала злость: в конце концов, ей нечего стыдиться! С какой стати она должна чувствовать себя провинившейся школьницей, трепетать под неодобрительным взглядом из-под высокомерно вскинутых бровей? Взяв себя в руки, она невозмутимо поинтересовалась: — Что-нибудь случилось, мисс Фоксвуд? Желаете, чтобы я вам что-то принесла или…

— Спасибо, ничего не нужно, — все так же холодно перебила ее Флисс. — Я просто заинтересовалась, куда это вы направились?

— Мой рабочий день закончился, и я как раз собиралась уйти к себе, мадам. У вас есть возражения?

— Нет. Большинство гостей, — она выразительно посмотрела на Стивена, — уже ушли спать. Кстати, в связи с этим…

Элла догадывалась, что последует дальше, но сделала вид, будто не понимает, и вежливо спросила, чуть наклонив голову:

— Да, мадам?

— Я очень надеюсь, миссис Эндрюс-Ватсон, что вы не забыли о своем положении в этом доме.

Элла готова была ответить резкостью, но Стивен опередил ее и с обаятельной улыбкой вставил:

— Ну конечно, она не забыла. Двое старых друзей всего лишь решили посидеть вместе, поделиться последними новостями, вы знаете, как это бывает. Я бы пригласил леди в свою комнату, но, боюсь, это может быть истолковано превратно, поэтому…

— Какая похвальная предупредительность, — сухо заметила Флисс. Злобный взгляд, брошенный в сторону Эллы, красноречиво говорил, что слово «леди» в данном случае неуместно.

Элла напряглась, только Стивен, ободряюще сжимавший ее руку, помог ей сдержаться и не высказать все, что она думает.

— Но вы наш гость, Стивен, зачем вам прятаться внизу? — продолжала Флисс уже совсем другим тоном. — В доме такого размера вполне достаточно комнат. Я полагаю, при данных обстоятельствах будет более уместно, если миссис Эндрюс-Ватсон присоединится к вам в зеленой гостиной; кстати, там все еще горит камин.

Стерва, мысленно произнесла Элла, когда Флисс упорхнула прочь, выстукивая по мраморному полу возмущенную дробь острыми каблучками.

— Стерва, — вслух сказал Стивен, вторя ее мыслям. Потом он вдруг усмехнулся. — Так что, миледи, идем в зеленую гостиную или бросим вызов опасности?

Искушение бросить вызов оказалось сильнее. Элла не собиралась жеманно сидеть в гостиной только для того, чтобы угодить представлениям Флисс о том, что пристало и что не пристало делать экономке. Удивительна наглость! Эта бесстыжая особа, даже будучи помолвленной, скачет из одной постели в другую, но когда речь зашла об Элле…

— Да не расстраивайся ты из-за нее, — попросил Стивен, чувствуя, что у Эллы испортилось настроение.

Он остановился, взял ее лицо в ладони и внимательно всмотрелся в глаза. У Эллы защемило сердце, она поняла, что Стивен еще не отказался от надежд. Она вздохнула, когда он склонился к ней, провел языком по ее губам, потом на долю секунды крепко прижался к ним и снова отстранился.

— Пойдем к тебе, — прошептал Стивен. Он вошел первым и потянул Эллу за собой. — Не знаю, как ты, но я бы не отказался выпить, и лучше чего-нибудь покрепче. Все равно что, лишь бы отбить привкус яда, оставшийся после разговора с этой фурией, — мрачно добавил он.

Виски для Стивена, кофе для Эллы, и легкая непринужденная беседа потекла сама собой. Они сидели вдвоем на миниатюрном диванчике, и вскоре Элла почувствовала, как ее усталость начинает проходить. Она успела забыть, как приятно проводить время в обществе Стивена, рядом с ним она наконец расслабилась, едва ли не впервые за последние недели, а когда Стивен рассказал историю о непомерно толстом постояльце, который застрял в ванне, так что пришлось вызывать спасателей, Элла даже расхохоталась.