– Фудзико, Фудзико, – звал Каору, когда журчание воды немного стихало. Голос у него был хриплый, то ли от смущения, то ли от возбуждения. На мгновение в ванной комнате наступила тишина, возможно, Фудзико прислушивалась.

– Это Каору. Каору, младший брат Андзю Токива.

Его дрожащий голос напоминал жужжание комара. А Фудзико уже вышла из ванной, так и не услышав его. Теперь ее не догонишь. Каору пополз вдоль стены и вдруг наткнулся на бочку с дождевой водой. Он поднял голову – прямо над ним находился балкон комнаты Фудзико. Он влез на бочку и запрыгнул на балкон. Если этот извращенец Румяный сейчас навел окуляры своего бинокля на комнату Фудзико, то он наверняка его здесь увидит. Каору посмотрел в сторону комнаты Румяного, показал ему язык и изобразил жестами: «Чтоб ты сдох в аду».

Окно было открыто, и Каору удалось пробраться в комнату, где горел свет. Отважный поступок, о котором еще несколько минут назад он и подумать не мог, оказался легко осуществимым. Увиденный им в прошлом месяце сон воплотился в реальность. Каору спросил себя: неужели это наяву? Лицо его горело, кровь стучала в висках. Он перешел грань между сном и явью, которую нельзя было переступать. Каору еще раз позвал мать и попросил у нее прощения. «Я не раскаиваюсь. Мне не страшны позор и непонимание. Я просто пришел увидеться с Фудзико». Воздух, в котором пряталась мама, улыбнулся ему. По крайней мере, мама его прощала.

Каору разулся, осмотрел комнату и остановился в нерешительности, не находя места, где бы можно было приютиться непрошеному гостю. Простыни источали неуловимый аромат женщины, Каору казалось, будто он попал в запретный сад. Мучительно тянулось время: одна минута, десять, двадцать – комната неохотно поделилась с ним местом, где он мог оставаться незметным. Каору осторожно опустился на колени рядом с кроватью, на которой Фудзико обычно смотрела свои сны, и стал ждать ее.

5.4

Дверь открылась, и Фудзико вошла в комнату.

– Ой! – вскрикнула она и замерла.

Каору с мольбой посмотрел на нее и прошептал:

– Прости меня.

– Что ты здесь делаешь? Как ты сюда вошел?

К счастью, Фудзико не потеряла самообладания и, похоже, была в состоянии выслушать его.

– На меня вдруг накинулись хулиганы, связали и бросили к вам во двор. Я не смог оттуда выйти и пробрался к тебе в комнату. Очень прошу, выпусти меня, чтобы никто не заметил.

Фудзико пристально посмотрела в глаза Каору Под ее строгим взглядом любые тайные намерения станут явными.

– Ты на самом деле Каору? Не призрак, не привидение?

– Нет, я не призрак и не привидение. Будь я призраком, давно бы исчез.

Его спасло то, что Фудзико не особенно удивилась. Интересно, почему она сохраняла спокойствие? Снизу кто-то позвал ее. Она ответила звонким голосом, а Каору сказала:

– Посиди здесь еще немного. Я обязательно тебя выпущу, – и уже собиралась выйти из комнаты, когда Каору взволнованно попросил ее:

– Подожди.

Фудзико улыбнулась ему.

– Удивительно. Я почему-то почувствовала, что ты здесь.

Каору ждал возвращения Фудзико, сидя на коленях, выпрямив спину и не шевелясь. Хоть какая-то жертва с его стороны – свидетельство честности его намерений. Придумывая себе семью перед «стеной плача», он в своих фантазиях, подогреваемых снами и подглядыванием, превратил Фудзико в воображаемую старшую сестру – мечта, которой не суждено было сбыться. А сейчас он в одно мгновение стал ее младшим братом.