|
– Открой рот, и я покажу тебе. Она подчинилась. Язык Рорика скользнул внутрь. Мирана задохнулась, бессознательно выгнувшись, к полному восторгу своих подданных. – Он уже вдохнул в нее страсть. Рорик не станет сдерживать свое семя до наступления ночи! – выкрикнул Аслак, единственный, кто действительно одобрял выбор Рорика. Он прожил в Клонтарфе шесть месяцев и знал, что она за человек. Она полностью нравилась бы ему если бы не ее умелое обращение с оружием. Это немного пугало его, как любого разумного человека, поскольку женщины порой непредсказуемы в лучшие минуты своей жизни. – Она выгнулась, как маленькая ласка. Ты видел ее зад? – Рорик заставит ее кричать от наслаждения, мы все будем бодрствовать, чтобы услышать это. – По утрам он больше не будет походить на угрюмого медведя, завидующего нам за те стоны, которые мы издаем, занимаясь любовью с женами. Рядом с ней он всегда будет улыбаться. Их шуточки и смех наконец пробились к сознанию Рорика. Он неохотно опустил Мирану на землю и хотел было выпустить ее из своих объятий, как вдруг понял, что она не стоит на ногах. – Мирана, дорогая, мы должны подождать немного. Если мы уйдем сейчас, то вызовем в свой адрес множество шуточек и дерзких советов. Скоро они напьются до беспамятства и оставят нас в покое, – наклонившись к Миране, тихо шепнул Рорик. Она задыхалась. Ей казалось очень странным то, с каким трудом она вдыхала и выдыхала воздух. Сердце бешено колотилось в груди, как будто она бежала быстрее, чем хотело ее тело. Кожа пылала, особенно в тех местах, где его пальцы прикоснулись к ее обнаженному телу. И все это из за чужого ей, в сущности, человека, хотя ей были приятны его поцелуи и объятия. Мирана чувствовала силу его рук, от которых исходило ощущение надежности. Ей хотелось узнать больше, чем просто головокружение от поцелуев, постичь то, что до сих пор было удивительной тайной. Мирана знала, что эту невероятную тайну откроет ей Рорик. – Рорик? – Да. – Я не понимаю. Дай мне еще минутку, пожалуйста. Я чувствую себя очень странно. Рорик выглядел так, словно был страшно доволен собой. Его голубые глаза сияли ярче солнца. Он стоял – высокий и подтянутый, хозяин своих владений. – Я дам тебе все, что пожелаешь, – громогласно заявил он. Хафтер, услышавший эти слова, просто покатился со смеху. – Ты слышала это, детка? Рорик настолько опьянен ею, что готов дать все, что она пожелает, – сказал он, повернувшись к Энтти, которая смотрела на него как на букашку, попавшуюся под ее ногу. – Тебе нечего волноваться, самодовольный болван, ты в полной безопасности, поскольку она никогда не захочет получить тебя. Глаза Хафтера недобро сузились, когда он уловил в ее голосе издевку. – Надеюсь, поскольку буду очень занят в постели с тобой. Думаю подержать тебя возле себя некоторое время. Слушайте все! – закричал он, поворачиваясь к мужчинам. – Эта девчонка моя. Вам придется подождать! Не долго думая Энтти ударила Хафтера в глаз. Хафтер, который обычно отличался добрым нравом и отличным чувством юмора, взвыл от ярости. Эта девчонка, эта рабыня, эта психованная ведьма, с которой он всегда был ласков и добр, осмелилась поднять на него руку. Не помня себя от гнева, он схватил ее за руки и принялся трясти изо всех сил до тех пор, пока ее голова не откинулась назад. – Будь ты проклята, Энтти, я обнимал тебя и дарил гораздо больше удовольствия, чем ты заслуживаешь! – Удовольствия, ха! Ты просто зверь, грязное животное, заботящееся только о себе. |
