— Мы пойдем домой? — спросила девочка и икнула. Спереди на платье ребенка красовалось темное винное пятно — по всей видимости, кто-то опрокинул на нее кубок.

Марк задумался. Он с удовольствием бы отвел ребенка домой, но в эти минуты в каждый вход уже вливались толпы плебса, возбужденные предстоящим кровопролитием. Даже если рабы и попытаются очистить для них с Сабиной дорогу, на то, чтобы добраться до дома по запруженным улицам, у них уйдет, по меньшей мере, час. А ведь ни что не вызывало у Сабины таких сильных припадков, как толпа.

— Мы уйдем после поединка Варвара, когда толпа слегка успокоится, — сказал он. — А пока сиди тихо и отдыхай.

Увы, в его ложе это было вряд ли возможно.

— Ой, отпустите, отпустите! — раздался чей-то крик.

— Квинт? — удивился Марк и, войдя в ложу, увидел, как его секретарь пытается совладать с каким-то юным рабом.

— Простите, хозяин. Я поймал его, когда он пытался пробраться сюда, — секретарь не договорил, потому что вскрикнул от боли. Мальчишка неожиданно вывернулся из его хватки, на миг впился зубами ему в кисть, а потом метнулся к выходу. Однако Марк тотчас выбросил руку и поймал беглеца за шиворот.

— Итак, скажи нам, — произнес он невозмутимым тоном, — кто ты такой? Если не ошибаюсь, ты раб. Где же в таком случае твой хозяин?

Мальчишка вновь попытался вырваться, однако Марк это предвидел и еще крепче вцепился пальцами в грубую ткань туники. Юный раб ответил ему полным ненависти взглядом. На вид ему было лет восемь, примерно на год старше Сабины, рыжеватые волосы, загорелая кожа. Сабина смотрела на него, широко раскрыв глаза.

— Откуда ты? Немедленно отвечай, — потребовал Марк. — Или же я передам тебя магистратам. Пусть они решают твою судьбу.

— Из Брундизия, — последовал хмурый ответ.

— Издалека. И как же ты попал сюда? Тебя привез твой хозяин?

— Мой хозяин умер. До Мизерна я добрался на какой-то телеге, а затем шел один, — с этими словами мальчишка пожал плечами. — Ведь все дороги ведут сюда.

— Это верно, — согласился Марк. — Все дороги ведут в Рим.

Стоявшая рядом Сабина хихикнула.

Вид у мальчишки был насупленный.

— Я просто хотел взглянуть на столицу.

— Понятно. А ты не мог начать с гонок колесниц?

— Это для девчонок!

Сабина удивила Марка тем, что снова хихикнула.

— Отец, — она потянула его за рукав. — Пусть он останется. Что ты скажешь?

— Ну, если ему так этого хочется.

Марк нашел для дочери низкий табурет, с которого почти не была видна арена, и кивнул мальчишке.

— Ты, главное, не вертись под ногами и сиди смирно. Если хочешь, можешь смотреть представление.

— Так мне можно? — мальчишка впервые склонил в поклоне голову и улыбнулся. — Из вашей ложи все так хорошо видно, господин. Скажите, я не пропустил бой гладиаторов? Знали бы вы, сколько времени у меня ушло, чтобы пробраться сюда!..

— Тише! — шикнул на него Марк.

— Извини, господин, — мальчишка вновь отвесил ему поклон, хотя было видно, что он ничуть не раскаивается, и поудобнее устроился рядом с перилами.

— Как тебя зовут? — поинтересовалась Сабина.

— Викс, — ответил он и посмотрел на свою маленькую соседку в нарядном шелковом платье. — Вернее, Верцингеторикс, но такое имя не сразу выговоришь.

— Это в честь галльского вождя? — Сабина вопросительно посмотрела на отца.