— Ладно, если не сейчас, то почему бы не позже? — пьяно улыбнулся он Одри. — Джон буквально монополизировал вас, и мне досталась с барского стола кость в виде короткой прогулки на яхте. Вам не кажется, что теперь моя очередь? Как насчет того, чтобы вечером отправиться на поиски таинственной птицы? Нам вдвоем.

— Сочувствую, братец, — раздался рядом голос Джона. — Мисс Клиффорд не верит в таинственных птиц.

Одри оглянулась, и у нее замерло сердце при виде Джона. Он только что вылез из воды, и мокрые пряди черных волос спадали ему на лоб. Неожиданно он предстал перед ней таким, каким запомнился с того давнего-давнего лета, и от нахлынувших воспоминаний Одри чуть не задохнулась.

Уже тогда она обратила внимание, насколько он не похож на своих двоюродных братьев. Они казались какими-то пресными, грудные мышцы были у них гладкими и безволосыми, загар казался искусственным. Даже десять лет назад Джон ей нравился куда больше. У него было стройное мускулистое тело с сильными упругими мышцами. Кожа отливала здоровым золотистым цветом, а темные завитки волос на груди образовывали забавную геометрическую фигуру.

И теперь жестким махровым полотенцем с вензелем отеля он с силой растирал плечи, делая это с такой природной грациозностью, что Одри отвела глаза.

Юджин сделал вид, что обиделся.

— То есть как? Вы не верите даже в лунную птицу? — Осклабившись, он покачал головой. — Все до одного верят в нее.

— Ну а я верю в буревестников, — выкрутилась она, смутившись оттого, что оказалась в центре внимания. — Верю в эту птицу, как… в символ.

— Мисс Клиффорд большой специалист по символам, — сухо сказал Джон. — Кроме того, она обожает приметы.

— Приметы? — Юджин с преувеличенным интересом вытаращил глаза. — Восхитительно. И какие же именно приметы?

— Я доверяю только фактам, а не приметам.

— Все приметы связаны с какими-то фактами, — небрежно добавил Джон, словно брат задал вопрос ему, а не Одри. — Например, она убеждена, что если разбить посуду из-под вина, то будут неприятности.

Юджин расхохотался и воскликнул:

— О, радость моя, если вы разобьете стакан с вином — вот это действительно неприятность. — Он перехватил бокал из рук удивленного официанта, который убирал соседний столик, поднял его и тут же разочарованно опустил. — Пусто. Вот не повезло…

Через час суета поутихла. Джон с Фредом, заведя деловую беседу, куда-то удалились; Юджин заснул в шезлонге, а Айрис, сославшись на усталость, ушла к себе.

Решив поберечь ее покой, Одри пообещала, что прогуляется с Кэти. Она прихватила с собой камеру, чтобы сфотографировать найденное девочкой птичье гнездышко. Пришлось даже дать торжественную клятву никому не рассказывать, где расположено заветное место.

Кэти не переставала болтать всю дорогу, пока они шли по тропинке среди диких зарослей. Одри доверила девочке камеру. Стиснув ручонками аппарат, она торжественно несла его перед собой.

— А вы видели, как я плаваю? Дядя Джон научил меня брассу. И сказал, что я отличная пловчиха.

— Видела, — с улыбкой ответила Одри. — Плаваешь ты в самом деле великолепно.

— А он все равно говорит, что мне нельзя плавать в заливе без спасательного круга. Пока не вырасту. Он думает, что я все еще маленькая.

— О, нет, дорогая, не поэтому. — У Одри защемило сердце, когда она представила себе сестру, отчаянно барахтающуюся среди волн и отчаянно пытающуюся спасти свою жизнь.