Я развернулась и вздохнула.

А моя задница все еще не была самой привлекательной обнаженной частью тела в мире. Эта повышенная фееричность могла бы подарить мне и прелестную миловидную задницу или типа того. На это я бы жаловаться не стала.

Ну да ладно.

Повернувшись другим боком, я провела руками по нему и по спине, мои пальцы ощутили грубые границы нового шрама.

Я сглотнула и снова посмотрела в зеркало. Я не закрыла глаза, когда провела руками по талии и выше к грудям. Руки остались там, накрывая их.

Все это было… Было моим.

Мое тело не принадлежало Принцу. Или Рену. И уж точно ни какому-то дурацкому пророчеству. Оно было моим… серебристая кожа, острые уши и все шрамы были моими.

Осознав, что я фактически ласкала собственную грудь, я закатила глаза и опустила руки. Я быстро переоделась и убрала волосы наверх, потому что меня не волновали мои заостренные уши. Неа. Ни капельки.

Теперь я собиралась найти Диня, что оказалось не сложно. Я просто нашла самый большой и громкий столик в кафе.

Он фактически собрал свой собственный двор. Я могла видеть лишь его шокирующие белые волосы в центре толпы из приблизительно дюжины фейри.

Игнорируя желудочный сок, который забурлил в животе от запаха жареного мяса, я прошла в кафе. Мне надо будет еще поискать таблетки от желудка, потому что из-за этого я просто не могла есть, и это было глупо. И из-за этого в том числе мне надрали задницу.

Вокруг все поднимали головы и следили за моим приближением. Разговоры останавливались. Начинался шепот.

Я начала было поднимать плечи под тяжестью их взглядов, но остановила себя. Старая Айви не склонила бы голову. Ей было все равно.

Так что и новой Айви было все равно.

Нацепив на лицо ухмылку, которая всегда бесила Дэниэла, я вздернула подбородок и подошла к столу Диня. И только подойдя, я поняла две вещи.

Динь был без Диксона.

И-и-и Рен сидел за тем же столом.

То, что я не заметила его, говорило о том, что мою наблюдательность следовало бы прокачать, но он был именно там, склонив свою рыжую голову над тарелкой с яичными белками и беконом с цельнозерновым тостом.

Потому что Рен был за здоровое питание.

Его вид поставил меня в тупик. Он не возвращался в комнату, пока я была там, но он явно недавно принимал душ. Его волосы были все еще влажными, и он переоделся. На нем была черная термомайка, закатанная до локтей. Я понятия не имела, где он помылся, раз уж он не возвращался в комнату.

Тысяча слов крутилась у меня на языке. Я хотела извиниться. Хотела сказать ему, что он был прав. Попросить его помочь мне все исправить.

Но ничего из этого я не сказала, потому что никому из нас не нужна была публичность для подобного разговора. Мне-то уж точно, потому что я, скорее всего, расплачусь.

Мне показалось, что он ощутил мое присутствие, даже не глядя на меня. Может, потому что разговоры за столом смолкли, или это было его особенное шестое чувство, но его плечи напряглись, и он перестал жевать.

Динь же, напротив, понятия не имел, что я была здесь… Или вообще жива, потому что он был занят, раздевая глазами фейри-парня, сидящего напротив него. Это был впечатляющий пример визуального секса, мне было чему поучиться. Но когда я увидела, как его губы распахнулись, и поняла, что он собирался облизнуть свою верхнюю губу, я решила вмешаться.

Я прочистила горло.

— Динь.

— Айви! — Динь повернулся ко мне. Перед ним стояли три пустые тарелки, а фейри, сидевший напротив, был позабыт. — Ты пришла поесть с нами?

— А, нет. Я уже ела. — Я запихнула в себя банан по пути вниз, так что это не было ложью.